Сегодня 29 июля 2017 г., суббота, 15:14USD 59.54 0.1334EUR 69.67 0.0373
Общественные и социальные новости

«Родиной я не торгую!»

1 марта 2013
hits 2279

Вы можете представить, что это произносит Анатолий Сердюков, еще недавно военный министр огромной страны? То-то и оно. Эти слова - ответ легендарного советского генерала Дмитрия Карбышева на многократные предложения немецкого командования работать на Германию и даже возглавить Русскую освободительную армию (РОА). При этом Карбышеву грозила не отставка, а лютая гибель...

  КОНЦЛАГЕРЬ ВМЕСТО ЗЕМНЫХ БЛАГ

Все больше раскручивается спираль коррупционных скандалов вокруг бывшего министра обороны. Все грандиознее выглядят суммы хищений из военного бюджета. Но, на мой взгляд, куда страшнее то, что за пять лет пребывания в должности министра обороны Сердюков едва ли не подчистую разрушил систему военного образования и подготовки кадров; систему боевой подготовки войск; уничтожил институт военной приемки боевой техники и другой продукции военного назначения; провел неоправданное сокращение в армии с ликвидацией частей, которые являлись легендарными; разрушил традиции, на которых воспитывалось не одно поколение защитников Родины.
Вот пример. В Италии были закуплены около 1800 бронемашин Iveco. Почему бы и нет. Да только отечественная бронемашина “Тигр” по боевым и техническим характеристикам превосходит итальянскую: защищенность выше, вооруженность лучше, вместимость больше, о проходимости и говорить нечего. Только по одному показателю итальянская машина лучше - по комфортности: у нее есть стереосистема и мягкие кресла. Так ведь покупаем не для поездок на пикники, а для войны!

Может быть, итальянские бронемашины намного дешевле? Наш “Тигр” стоит 5 млн рублей, а Iveco - 20 млн рублей. Итальянская цена так устроила “Сердюкова и компанию”, что захотели заключить контракт на еще одну партию бронемашин, но не успели. Вот обидно-то было!

При чем здесь Карбышев? А при том, что он тоже оказался перед лицом великого соблазна и не продался. Плененному советскому генералу инженерных войск предлагались освобождение из лагеря, возможность переезда на частную квартиру, а также полная материальная обес­печенность. Карбышеву обещали доступ во все библиотеки и книгохранилища Германии, ему-де будет предоставлена возможность знакомиться с другими материалами в интересующих его областях военно-инженерного дела. При необходимости гарантировалось любое число помощников для обустройства лаборатории, выполнения опытно-конструкторских работ и обеспечения иных мероприятий научно-исследовательского характера. Не воспрещался самостоятельный выбор тематики научных разработок, давалось добро на выезд в район фронтов для проверки теоретических расчетов в полевых условиях. Правда, оговаривалось: кроме Восточного фронта. Результаты работ должны стать достоянием немецких специалистов. Все чины германской армии будут относиться к Карбышеву как к генерал-лейтенанту инженерных войск рейха.

Дмитрий Михайлович отвечал: “Я солдат и остаюсь верен своему долгу. А он запрещает мне работать на ту страну, которая находится в состоянии вой­ны с моей Родиной”.

Выдержка из документа Главного инженерного управления гитлеровской армии: “...Этот крупнейший советский фортификатор, кадровый офицер старой русской армии, человек, которому перевалило за шестьдесят лет, оказался фанатически преданным идее верности воинскому долгу и патриотизму... Карбышева можно считать безнадежным в смысле использования у нас в качестве специалиста военно-инженерного дела... Направить в концлагерь Флоссенбург на каторжные работы, никаких скидок на звание и возраст”. И тогда последовала череда фашистских концлагерей. Последний лагерь - Маутхаузен - в буквальном смысле стал могилой для Дмитрия Михайловича. Бывший узник Маутхаузена Валентин Сахаров лично видел, как Карбышева “ночью после горячего душа вывели во двор. Стоял 12-градусный мороз. Из брандспойтов ударили перекрещивающиеся ледяные струи. Карбышев медленно покрывался льдом. “Бодрее, товарищи, думайте о своей Родине - и мужество не покинет вас”, - сказал он перед смертью, обращаясь к узникам Маутхаузена”.

16 августа 1946 года генерал-лейтенанту Дмитрию Карбышеву было посмертно присвоено звание Героя Советского Союза.

ИСТОКИ ГЕРОИЗМА

Дмитрий Карбышев родился 26 октября 1880 года в городе Омске в семье военного, выбор жизненного пути был совершенно естественен - продолжение дела отца. В 1898 году он окончил Сибирский кадетский корпус, а двумя годами позже - Николаевское военно-инженерное училище, после чего в чине подпоручика был назначен ротным командиром в Восточно-Сибирский саперный батальон, дислоцировавшийся в Маньчжурии. А тут и Русско-японская война 1904-1905 годов подоспела. Она продолжалась около 20 месяцев. За это время молодой офицер получает восемь боевых наград, одна награда каждые 2-2,5 месяца. Правильнее сказать, каждые 2-2,5 месяца он совершал подвиг!

В декабре 1917 года Карбышев вступил в Красную гвардию. Сражаясь на стороне большевиков, он занимался укреплением позиций в Поволжье, на Урале, в Сибири, на Украине. Он руководил оборонительными работами вокруг Самары, где “впервые осуществил на практике идею создания полевого укрепрайона, надежно прикрывающего тылы и являющегося плацдармом для развития наступления”.

После окончания Гражданской войны Дмитрий Михайлович начал преподавать в Военной академии имени М.В. Фрунзе. В 1934 году возглавил кафедру военно-инженерного дела Военной академии Генерального штаба. С 1936 года был помощником начальника кафедры тактики высших соединений Военной академии Генерального штаба. Опубликовал более 100 научных трудов по военно-инженерному искусству и военной истории.

ПЛЕННЫЙ, НО ГОРДЫЙ
Война застала Дмитрия Михайловича в штабе 3-й армии в городе Гродно. В августе 1941 года при попытке выйти из окружения Дмитрий Михайлович был тяжело контужен в бою в районе Днепра (Могилевская область Белоруссии) и в бессознательном состоянии захвачен в плен. В его личном деле была сделана официальная отметка: “Пропал без вести”.

А вот немцы быстро разобрались в том, кто именно попал к ним в плен. С Восточного фронта в срочном порядке отзывают командира одной из немецких пехотных частей полковника Пелита и назначают начальником лагеря Хаммельбург, в котором тогда находился Карбышев. Оказалось, что в свое время полковник окончил юнкерское училище в Петербурге и служил когда-то в Бресте вместе с капитаном Карбышевым. На правах старого знакомого Пелит всячески подчеркивает свое внимание и расположение к Дмитрию Михайловичу, называет его своим почетным гостем и всей душой якобы сочувствует заслуженному советскому генералу. А заодно пересказывает Карбышеву слух о том, что германское командование решило предоставить ему полную свободу и даже, если он того пожелает, возможность выезда за границу в одну из нейтральных стран. Не прокатило.

Тогда в Берлине Карбышеву организовали встречу с известным немецким фортификатором профессором Гейнцем Раубенгеймером, которого он знал лично и за трудами которого пристально следил по публикациям в специальных журналах и литературе. Профессор выразил сожаление за причиненные неудобства великому советскому ученому. Затем достал из папки лист бумаги и начал читать заранее подготовленный текст (посулы смотри выше). Нужно ли говорить, что немецкий профессор получил вежливый, но жесткий отказ.

РЕКВИЕМ ПО АЛЬМА-МАТЕР
Альма-матер Дмитрия Михайловича Карбышева - Николаевская инженерная академия (с 1932 года - Военно-инженерная академия), с 30-х годов прошлого века - крупный учебный и научный центр по разработке основных проблем военно-инженерного искусства. Многие из выпускников и преподавателей академии принимали участие в строительстве крупнейших народно-хозяйственных объектов, таких как Днепрогэс, Волховстрой, Московский метрополитен, автомобильные заводы в Горьком и Москве и многих других. Например, сам Карбышев был консультантом ученого совета по реставрационным работам в Троице-Сергиевой лавре.

Даже в годы войны, когда потребность в массовой подготовке командных и инженерных кадров была огромной, в академии только один год (1941/42) осуществлялась ускоренная под­готовка специалистов. Но уже с осени 1942 года академия была переведена на подготовку слушателей со сроком обучения четыре года. Потому что всем было ясно: плохо подготовленный офицер инженерных войск - это плохо защищенные позиции войск, плохо проделанные проходы в минных полях противника и плохо установленные свои заграждения, плохо оборудованные переправы через водные преграды и еще множество других плохо.

В послевоенные годы академия превратилась в уникальное высшее военное учебное заведение, которое готовило специалистов для всех видов и родов войск Вооруженных сил, а также для пограничной службы, внутренних войск, гражданской обороны.

А вот теперь внимание: Военно-инженерной академии больше нет! Остался только профильный факультет при Общевойсковой академии. Инженерные войска кастрированы до того, что, по сути, не могут в полной мере выполнять свои задачи. Конечно, для министра Сердюкова и его приспешников комплекс зданий академии - это прежде всего земля под ними в центре Москвы. Но возродить академию - дело чести тех, кто считает себя последователями легендарного генерала.

Александр Мельниченко

Просмотров: 2279
Поделиться

Полезная информация

Загрузка...
Бунт против Пугачевой Далее в рубрике Бунт против Пугачевой


Загрузка...
Комментарии (9)

Добавить комментарий

RSS-лента RSS-лента комментариев

Содержание комментариев на опубликованные материалы является мнением лиц, их написавших, и может не совпадать с мнением редакции. MIRNOV.RU не несет ответственности за содержание комментариев и оставляет за собой право удаления любого комментария без объяснения причин.