Новости медицины, здравоохранения и здоровья
2004

Пациенты стали болеть иначе

Пациенты стали болеть иначе

Третья волна. Что изменилось? Чем новый штамм отличается от уже известных? Почему болеют даже вакцинированные? Означает ли это, что вакцины не защищают от инфекции?

На эти вопросы отвечает профессор Елена ВАСИЛЬЕВА, главный кардиолог Москвы, заведующая лабораторией атеротромбоза МГМСУ им. А.И. Евдокимова, главный врач
ГКБ им. И.В. Давыдовского.

- Елена Юрьевна, стали ли протекать инфаркты и инсульты тяжелее на фоне ковида?

- Да, инфаркты и инсульты у таких пациентов протекают тяжелее, потому что усилено тромбообразование. Таких пациентов не стало больше, но во всем мире сейчас увеличилась летальность от инфарктов и инсультов. К счастью, мы, кажется, достучались до людей, которые не вызывали скорую при первых симптомах острого нарушения кровообращения, боялись инфекции. Сейчас мы, как правило, успеваем вовремя оказать помощь.

Тут другая беда: мы устали бояться вируса, и то, что я вижу на улицах и в общественных местах, - это полная катастрофа. Люди ходят без масок, не держат дистанцию, хотя опасность самая что ни на есть настоящая. А самая большая катастрофа - то, что стали выдавать липовые сертификаты. Я человек мирный, но в этом случае, безусловно, действовала бы по всей строгости закона. Плохо в этой истории еще и то, что мы никогда не поймем истинной эффективности вакцин, если сертификаты будут поддельными.

- Как вы относитесь к вакцинации больных с сердечно-сосудистой патологией?

- Принцип простой: чем выше у человека риск умереть от ковида, тем больше ему нужна вакцинация. Любые сердечно-сосудистые заболевания значительно увеличивают этот риск, особенно если они сочетаются с еще какими-то отягощающими факторами, например, с пожилым возрастом или сахарным диабетом.

Этот же принцип относится и к любой другой патологии. Например, к больным с онкологическими заболеваниями, в том числе получающим химиотерапию. Сама по себе химиотерапия снижает вероятность образования достаточного количества антител, но никак не отвергает возможность дать больному шанс. Поэтому однозначно вакцинация таким пациентам необходима.

- Как можно добиться более высокого уровня антител?

- Сейчас начинается ревакцинация. Это очень хорошо. Надо вакцинироваться и после болезни: сейчас все больше данных о том, что антитела людей, переболевших уханьским вариантом, могут быть малоэффективны против варианта дельта. Кроме того, в случае вакцинации переболевших, антитела, как правило, поднимаются резко и надолго.

Считаю нужным подчеркнуть: только одна вакцина прошла у нас все необходимые испытания -  «Спутник V». По остальным нет еще опубликованных клинических исследований.

- Через какой период времени после болезни надо вакцинироваться?

- Этого никто не знает, но в большинстве европейских стран сейчас рекомендуют вакцинироваться независимо от срока. Выздоровел - вакцинируйся. Дело еще и в том, что нынешние вакцины, в том числе «Спутник V», нацелены против наиболее консервативной части вируса, которая меньше мутирует, и поэтому антитела, образующиеся после вакцинации, могут быть более эффективными по сравнению с теми, которые образовались после заболевания в 2020 году.

- Понимаю, вы не любите давать прогнозы, но все же - как вы думаете, когда мы победим эту проклятую эпидемию?

- Тут был только один путь - быстрая вакцинация. И мы видим, что в тех странах, где с этой задачей справились успешно, эпидемия пошла на спад. Но все же и там сейчас наблюдается рост, потому что вирус мутирует. Хотя это несопоставимые цифры. Скажем, в Израиле сотни новых заболевших в день - у нас тысячи. Так вот, если за короткий срок вакцинировать не менее 70 процентов населения страны, это резко уменьшит пул размножающегося вируса. Там, где этого вируса много, создается благоприятное «болото» для его размножения, мутаций и рециркуляции новых штаммов. А если еще и подделывать сертификаты, более пессимистичную картину представить трудно.

Поэтому ответа на ваш вопрос у меня нет. Если так пойдет, мы вообще эту эпидемию не победим. Это особенно обидно на фоне того, что мы первые в мире сделали хорошую вакцину. Не знаем нужды ни в препаратах, ни в кислородных койках. Такой контраст между хорошо отлаженной работой врачей и нежеланием людей проводить профилактику удручает.

- А ведь встречаются врачи, которые отговаривают от вакцинации.

- К большому моему сожалению, это правда. Стал очевиден очень низкий уровень образования некоторых врачей, многие питаются слухами, хотя можно ведь прочесть публикации результатов трех фаз испытаний «Спутника V». Сама слышала эти «версии»: «боимся вакцинироваться, потому что заразим близких», «после вакцины нельзя забеременеть» и «снизится потенция». Строго говоря, мы не можем этого исключить, как не можем исключить и того, что через три года после вакцинации у всех вырастут ослиные уши.

Но все же вероятность этого невелика: в «Спутнике V» вообще нет вируса, вызывающего ковид. Стимулируется выработка антител к одному из фрагментов S-белка коронавируса.

У нас есть пациенты, которые привились «Спутником» и заболели. Надо понимать, что ни одна вакцина не гарантирует стопроцентный иммунный ответ. Для «Спутника» это около 90 процентов по уханьскому варианту. Это означает, что есть люди, которые болеют после вакцинации.

- Может быть, действительно нужна всеобщая вакцинация, как было во время вспышки черной оспы в Москве в 1959 году?

- Что такое всеобщая вакцинация? Насильно делать уколы? Тут я тоже против. Нет, должна быть сознательность. Другого пути нет.

- Правильно ли я поняла, что теперь нам предстоит периодическая ревакцинация от коронавирусной инфекции?

- Да, все верно. Это единственное, что может победить эпидемию. В каком-то виде этот вирус с нами останется, но к тому времени будет сделано несколько типов вакцин или одна суммарная вакцина, рассчитанная на многообразие штаммов. Мы сосуществуем с вирусом гриппа, вакцинируемся от него регулярно. Примерно так же, надеюсь, будет и здесь.

- Говорят, сейчас люди болеют тяжелее, чем раньше. Так ли это?

- Люди болеют иначе. Пока ясно одно: этот штамм существенно более заразен. Есть европейские данные, что больший процент нуждается в госпитализации. Кажется, что больные иногда ухудшаются значительно быстрее, чем с уханьским вариантом.

- Есть ли что-то новое в лечении?

- Из нового: в России появляются моноклональные антитела к SARS-CoV-2, которые имеет смысл вводить в первые пять дней больным очень высокого риска. В первую очередь, страдающим сердечной недостаточностью в сочетании с сахарным диабетом и ожирением, лейкозами. Не все эти препараты данной группы работают против нового штамма, но есть эффективные.

Ну и, наконец, отпало все лишнее. В стационаре основное: кислород в разных формах, антикоагулянты, дексаметазон у десатурированных больных, а при начале цитокинового шторма - антицитокиновые препараты. Все эти подходы дают неплохие результаты, однако, кроме моноклональных антител, у нас по-прежнему нет специфического лечения ковида. Поэтому лучше поберечься: вакцинироваться и избегать массовых мероприятий.

Беседу вела Наталия Лескова

Фото: Adobe Stock

Подпишитесь и следите за главными новостями удобным для Вас способом.

Нам важно ваше мнение!
Поделиться
Обсудить тему
Комментарии (0)