Город
3110

Реновация: Общаги голосуют за снос

Реновация: Общаги голосуют за снос

Тема реновации жилья вот уже несколько месяцев будоражит москвичей. 

Кто-то категорически против проекта, кто-то мечтает переселиться в новые квартиры. А жильцы этого дома проявили удивительную солидарность - единогласно проголосовали за его снос. Это обитатели столичного общежития, расположенного по адресу: Аптекарский переулок, д. 8, не попавшего в программу реновации.

Между городской библиотекой и обувной фабрикой «Заря Свободы» в Аптекарском переулке стоит трехэтажное здание. Дом небольшой, и сразу видно - какой-то неуместный. Прислонившись к унылому бетонному забору, он выпирает из выверенной нитки улицы.

Вход найти непросто, пока не обнаруживается малоприметная тропинка вдоль забора. Неудивительно, что местные жители жалуются: не раз скорая помощь разворачивалась обратно, так и не найдя прохода.

Здесь уже четвертый десяток лет кукуют люди, которые увидели в реновации возможность выйти из порочного круга унизительного существования. Им очень хочется верить, что эта инициатива московских властей даст им шанс на достойное будущее.

Возле входа в подъезд мрачно курит мужчина. Это местный житель Юрий. Видно, что рассказывать о своем бытии ему неприятно, даже несколько унизительно. Он не верит, что реновация что-то изменит в его жизни, но время от времени у него невольно проскальзывают нотки надежды на лучшее.

- Больше тридцати лет здесь живу. Женился, детей вырастил, дедом стал. Вот сейчас внучка заснула, а я вышел покурить, - неохотно говорит он. - Четвертый десяток пытаюсь с этим что-то сделать... Главная мечта - забыть это все, начать с чистого листа. Как будто этого проклятого дома и не было.

ЗА РЕНОВАЦИЮ

Подъезд чистый, и пахнет приятно. Чисто и в квартирах. Заходим в гости, осматриваемся. Люди не стесняются показывать, в каких условиях они живут.

Первое впечатление - теснота. Скученно стоят ботинки в прихожей, чашки на столе, тесно развешено белье, люди забиваются в углы и стараются держать дистанцию, но это у них плохо получается. Откровенных ужасов нет, люди здесь живут с крепкой рабочей закалкой, которая не позволяет им опуститься.

На втором этаже живет Екатерина - бойкая, веселая, молодая. У нее все время звонит телефон, и она с удовольствием общается. Она - боец за реновацию. Пытается проскользнуть в открывшуюся им щель возможностей.

- В нашем Басманном районе под реновацию попало девять домов, - говорит она. - Мы тоже хотим попасть под эту программу и готовим документы, чтобы нас включили в список. Все пятнадцать ответственных квартиросъемщиков и тридцать пять жителей дома за расселение руками и ногами. Управа помогает нам вписаться в реновацию, содействует в сборе необходимых документов.

Екатерина - коренной житель дома. Как говорит, с момента зачатия - с 1985 года. Муж тоже москвич. У них двое детей. Марфе - четыре месяца. Даше будет семь. Всего в квартире проживают две семьи - семь человек.

- У префектуры появился шанс избавиться от головной боли в виде нас, - продолжает Екатерина. - Это и в ее интересах! Потому что это шанс в хорошем смысле слова скинуть нас, обеспечить нам достойные условия существования. Они же содержат эту зону, тратят бюджетные деньги, ремонтируют...

Вопрос в том, интересно ли это реноваторам. Судя по тому, что они не попали в предварительные списки под снос и расселение, - нет. Клочок земли, который занимает их дом, явно не представляет коммерческого интереса.

- Была на встречах префекта с жителями, послушала людей. Они не слышат, что им говорят, - уверенно рассказывает Катя. - Им говорят: проголосуйте против, и никто вас не снесет. Нет, не понимают.

- Они прекрасно слышат, просто не верят тому, что им говорят, - вступаюсь за москвичей. - Пока складывается впечатление, что у Лужкова диалог с москвичами получался лучше, чем у Собянина.

- Сделать так, чтобы властям вдруг поверили, невозможно, - убежденно продолжает Екатерина. - Но волков бояться - в лес не ходить. Ой, вы же знаете этого Лужкова! Знаете, сколько лет мы с ним бодались? Еще его предшественнику писали. Наша переписка длится с 1993 года. Наши родители, старая гвардия, пытались выбраться отсюда, а теперь уже мы, молодые, пришли им на смену.

Не дай бог, мои дети продолжат эту битву. Надо решать наш вопрос сейчас. Мне кажется, и закон о реновации принят потому, что не могут решить проблемы таких москвичей, как мы, - непригодными для проживания или аварийными нас не признают. Ни под какой закон не подходим! И тут такой хороший закон, мы должны под него попасть! - как будто успокаивает себя моя собеседница.

ТРИ ЖИЗНИ ОБЩЕЖИТИЯ

В наш разговор вступает соседка Раиса. Видя, как радуется ее приходу маленькая Даша, я принимаю ее за молодую бабушку. Но это не так - они не родственники, хотя по факту длительного совместного проживания практически ими и являются. У нее двое детей - 23 и 30 лет. Она рассказывает, как общежитие фабрики постепенно превратилось в постоянное место обитания:

- Живу здесь с 1987 года. Нас заселили сюда на один год, пока строился дом для работников фабрики. Мы помогали строить этот дом по выходным и в субботники, но квартир нам не досталось. Вот так мы и застряли здесь. Писали и Лужкову, и Собянину, и при советской власти, и в сегодняшние дни, но кому это надо?

Раиса с 1992 года стоит в очереди как мать-одиночка с двумя детьми. Российский капитализм, как и советская власть, остался одинаково глухим к ее просьбам.

Женщина ведет к себе и показывает темную комнатушку сына. Кровать, полки над ней и чудом втиснутый в жилище компьютер. Предрасположенным к клаустрофобии людям здесь жить явно противопоказано, а ее сыну можно смело идти в подводники - не пропадет.

- Не знаю, как эту комнату даже назвать, - комментирует Раиса. - Кладовка! Сам дом революционного, семнадцатого года постройки. Изначально он был одноэтажный. Два этажа были пристроены намного позже.

- В начале восьмидесятых дом шел под снос, - объясняет Раиса. - Все его внутренности выгорели при пожаре. Но наша фабрика подсуетилась, сделала временное общежитие. Обшили оргалитом клетушки, сделали косметический ремонт.

Так общежитие в Аптекарском переулке получило вторую жизнь. А благодаря стараниям столичных властей - и третью. Вместо того чтобы расселить людей, местные власти как могут латают бедное здание, которое никак не может умереть естественной смертью.

Сейчас заканчивают капитальный ремонт - поменяли стояки, покрасили фасад, подлатали крышу. Правда, после этого на всех этажах пошли трещины по всему потолку, он обрушивается с завидной регулярностью.

- Наш дом с каждым годом молодеет: поначалу признавали 74 процента изношенности, потом 58, а теперь 47, - с иронией добавляет Раиса. - Да, старушка снова стала девушкой.

ДУШЕВАЯ КАБИНКА

Поразительно, но в квартирах удивительно уютно. Уют вопреки, когда люди пытаются вписаться в то, что им скупо отмерено. Вершина этой тихой и бескомпромиссной борьбы за цивилизованное существование - душевая кабинка в углу одной из комнат.

- Я хочу отделить ее перегородкой, - говорит Юрий. - Стройматериалы уже купил.

Рейки сиротливо прислонились к душевой. Видно, что они тут уже давно. Похоже, что Юрий никак не соберется с духом исполнить задуманное, откладывая до последнего. В этой картине читаются усталость и почти уже свершившаяся безнадежность.

Люди вросли в этот противоестественный быт, привыкли к такому существованию, но остро ощущают, что так жить неправильно, цепляются даже за самую призрачную надежду.

Вячеслав Степовой

Фото М. Гулкина

Оставайтесь с нами! Подпишитесь на наши каналы и получайте актуальные и проверенные новости.

Комментарии (1)

© 2019. Сетевое издание «Мир Новостей». Зарегистрировано в Федеральной службе по надзору в сфере связи, информационных технологий и массовых коммуникаций.Свидетельство о регистрации Эл №ФС77-58901 от 05.08.2014 г.

Свободное использование в Интернет-пространстве текстов, фото и видеоматериалов, опубликованных на этом сайте, допускается при условии обязательного размещения гиперссылки на источник публикации mirnov.ru.

Мы используем файлы «cookie» для функционирования сайта. Если Вас это не устраивает, пожалуйста, покиньте сайт. Политика конфиденциальности

16+
Top.Mail.Ru