Сегодня 20 июля 2017 г., четверг, 21:43USD 59.08 -0.1595EUR 68.00 -0.2725
Общественные и социальные новости

«Мы учим не для экзаменов, а для жизни»

20 октября 2015
hits 1842

Финляндия и Сингапур - бессменные лидеры мировых рейтингов образования, и наша газета уже сравнивала их системы с нашей. Но одно дело, когда о зарубежных школах говорят эксперты, видевшие их мельком или не видевшие вовсе, другое - когда это делают родители тамошних школьников.

Как устроена и работает российская школа, никому объяснять не нужно. Все мы учились, и у многих учатся дети. Остановите любую маму, возвращающуюся с родительского собрания, и она вас та-а-ак загрузит информацией!.. И о качестве преподавания, и о зацикленности педагогов на подготовке детей к ГИА и ЕГЭ, и о жалобах учителей на низкую зарплату, и о бесполезной отчетности, и о слиянии сильных и слабых школ. Расскажет о поборах за несуществующие дополнительные занятия и вечный ремонт классов, о дорогих подарках учителям.

Наше образование совершенствуется уже лет двадцать. То есть двадцать лет правительство РФ фантазирует на эту тему, доламывая последнее, что осталось от некогда эффективной системы. А когда СМИ или сами учителя начинают критиковать чиновников за бездумные опыты над школой, они кивают то на Запад, то на Восток: «В успешных Финляндии и Сингапуре тоже постоянно меняются программы и требования к педагогам, но их население не возмущается».

В самом деле? А кому достоверно известно, что происходит в учебных заведениях Финляндии и Сингапура? Только тем, кто там живет. Корреспонденты «Мира новостей» познакомились и пообщались с семьями наших бывших соотечественников, с родителями, чьи дети учатся в школах Суоми и азиатского города-государства.

ЛУОКАНОПЕТТАЙЯ ПЕРВАЯ МОЯ

«Луоканопеттайя - педагог, который учит детей с 1-го по 6-й класс», - вникаем в русско-финский словарь от жительницы Хельсинки Татьяны Перцевой. Наша с ней беседа эпизодически напоминает языковые курсы. Татьяна - специалист по компьютерным технологиям, координатор Финляндской ассоциации русскоязычных обществ. В Суоми уехала 18 лет назад. Ее дочери Марии-Лизе сейчас 16 лет, девочка окончила перускоула - основную школу (9 классов) и поступила в лукио - гимназию.

«У каждой образовательной системы есть что-то вроде девиза, короткая формула, отражающая смысл реформ, - замечает Перцева. - Финские преподаватели говорят: «Мы учим не для результативности на экзаменах, а для жизни». В школе все устроено так, чтобы дети оставались детьми, чувствовали себя комфортно, получали полезный материал, который может им пригодиться, выходили из старших классов с готовностью получить выбранную профессию и приобретали устойчивую привычку совершенствоваться. Финская школа приучает к самостоятельности и любо­знательности».

Среднее образование в Суоми имеет несколько ступеней: алакоула - младшую школу с 1-го по 6-й класс и юлякоула - старшую с 7-го по 9-й.

«В 10-й класс - кюмппилуокка - идут только отстающие учащиеся, желающие повысить средний балл для поступления в гимназию. Он считается дополнительным, - уточняет Татьяна Перцева. - Учеба в финских лицеях и гимназиях для ребят как 11-12-й классы. Но давайте начнем с начала...

В младшую школу дети приходят после подготовительной группы, занятия проводятся в игровой форме по программам, синтезировавшим ведущие мировые методики. Нет давления на учеников, под запретом сравнения: «Посмотри, Аймо, Арво или Анникки справляются с заданием лучше тебя». Не существует иерархии: директор, учитель и внизу - ученик. Здесь с директором дети запросто ходят в боулинг.

В Финляндии нет крутых и слабых школ, элитных и непопулярных. Они практически одинаковы по качеству преподавания и по уровню обучения, в оснащенности. Родители могут выбрать любую, зная, что их ребенок получит хорошее образование. Экзаменов в финских учебных заведениях не бывает, за исключением пяясюкое - специального теста, важного при поступлении, например, в языковую школу или школу дизайна. ГИА и ЕГЭ - это не о наших детях. Для перевода из класса в класс им достаточно среднего проходного балла - кескиарво. Если, по мнению ребенка и его семьи, он недостаточно высок, можно обратиться к группам поддержки и позаниматься с репетиторами - бесплатно, конечно. В Финляндии родители ни за что не платят до начала обучения в гимназии. Школа выдает учебники, финансирует в случае необходимости транспорт, за свой счет кормит детей, предоставляет им врачей и консультирующих психологов. Мы сдаем деньги только на экскурсии, и то не на все. Причем как сдаем: на собрании решаем, как дети могут их заработать - выступить с концертной программой, устроить распродажу собственных поделок.  И вообще финские школьники работают с 14 лет, с 7-го класса у них начинается практика. Получают зарплату, но еще не платят налоги государству. К окончанию старшей школы их резюме попадает в единую базу страны. В 16 лет дети выбирают профессию, в чем им помогает специальный консультант.

При переходе в старшие классы ребята могут указать четыре школы, где они хотели бы учиться. Учебные заведения рассматривают заявки и, принимая решение, учитывают средний балл. После 9-го класса подростки снова выбирают четыре варианта, но уже гимназий.

В старшей школе с каждой группой учащихся работают учителя, помощники, психологи и «контролеры», к которым можно обратиться с бытовыми проблемами».

Мы нарушаем стройное повествование Татьяны Перцевой вопросом: «Слышали, в этом году у вас введено новшество: школы отказались от обу­чения по предметам, уступив место феноменам и явлениям. Финские чиновники выступили с заявлением: «Пора стремиться в XXII век, а не оглядываться на XX». В чем суть реформы?»

«У нас и раньше во главе угла были прикладное значение всех наук, практическая польза химии, физики, биологии, математики и других дисциплин, - отвечает Татьяна, - ведь теория без отрыва от жизни бессмысленна. И дальше детей будут обучать направленно, на примере разных явлений и процессов. Допустим, берется конкретная тема, скажем «тяжелая промышленность», и всесторонне рассматривается с позиций химии, физики, социологии. По-моему, отлично. Единственный минус - потом, в университетах, молодым людям придется самостоятельно выбирать, какие предметы им нужно изучать углубленно, составлять планы и программы. Но опять же детей к этому готовят. Кстати, в 2010 году в Суоми была принята программа экспорта финского образования в Европу, постоянно проводится мониторинг технологий, новых методик в системе обучения, и выпускники наших школ - желанные гости во многих вузах мира».

Рассказ Перцевой дополняет Татьяна Долганенко. Она живет в Финляндии в городе Эспоо два года, руководит семейным центром для русскоговорящих, ее младшая и старшая дочери ходят в государственную школу. «Местные учебные заведения поражают воображение новичков. Тут совсем другой подход к детям и образовательным программам. Я вам на бытовом уровне опишу, - предлагает Долганенко. - В школах все бесплатно: обеды со шведским столом для ребят, языковые занятия для иностранцев, ручки, блокноты, книги... В классах поддерживается особая, доброжелательная, атмосфера, дети видят в учителях друзей. Домашних заданий почти не бывает, уроки спланированы так, чтобы основную работу ребята выполняли в школе. На каждой перемене ученики гуляют, после занятий вместе катаются на роликовых коньках или играют. Еще дети обожают ночную школу. Есть у них такое мероприятие. Вечером учащиеся берут с собой спальные мешки и проводят в школе всю ночь: смотрят фильмы, бегают по коридорам с фонариками, играют в «зомби», спят в спортзале, а утром взрослые кормят их зав­траком и мороженым. Школа воспринимается как место, где уютно и весело.

Уроки не перегруженные, но емкие и полезные. Возьмем хотя бы обычную физкультуру. Всего за полгода моя дочь занималась йогой, танцами, баскетболом, лыжами, коньками. Между прочим, на уроках плавания их класс научили спасать утопающих.

На специальных советах детям помогают разрешать различные ситуации. Учат слушать друг друга, понимать, уходить от конфликтов.

Профессия учителя - одна из самых престижных и высокооплачиваемых в стране. Многие преподаватели мужчины, как, например, у обеих моих девочек. В стране развита система грантов, и учителя с интересными инициативами получают финансовую поддержку, их опыт тиражируется.

Родительские собрания проходят не как в России. С каждой семьей учителя общаются индивидуально. Да о финской школе можно часами говорить. Главное - в ней дети понимают, что такое свобода и ответственность,  вырастают людьми XXI века».

ВЫЧИТАТЬ И УМНОЖАТЬ, КИАСУ НЕ ЗАБЫВАТЬ...

Сингапурские школы совсем не похожи на финские. Зато в них отдаленно угадывается что-то современное российское. Обязательная школьная форма, линейки по утрам с гимном и флагом. Директор - большой человек, учитель - большой человек, ты, маленький учащийся, - низшее звено в цепочке.

В классах по 30 человек. Одинаковые девочки и одинаковые мальчики с короткими стрижками. Не хочешь открывать уши - прямо с уроков отправят в парикмахерскую.

Чем больше узнаешь о втором лидере мировых рейтингов образования, тем грустнее становится: так вот кому подражают чиновники Минобр­науки России, так вот откуда растут ноги у наших реформ...

Анастасия Соркина живет в Сингапуре почти 7 лет. «Когда мы сюда приехали, сыну Дэвиду было 4 года, - вспоминает Анастасия. - Сейчас ему 11. Иностранцы в Сингапуре учатся в частных школах, но те работают по американским программам и очень дорогие (от 2500 долларов в месяц). Все - граждане Сингапура - учатся исключительно в государственных учебных заведениях. Приезжим в них сложно попасть из-за нехватки мест. Мы попали. Оплата чисто символическая и для граждан, и для имеющих вид на жительство. Учебники и школьная форма тоже дешевы, их можно оплатить через специальный медицинско-образовательный пенсионный фонд (CPF), в который работающее население ежемесячно отчисляет деньги.

Главную роль в обучении играют не столько сингапурские школы, сколько сами родители и дети. Есть такая азиатская черта - киасу. По сути, это боязнь проигрыша, в образовании она проявляется в серьезном отношении к баллам, полученным ребенком на экзамене, а они проводятся четыре раза в год. Если оценка школьника 95 из 100, что соответствует пятерке с плюсом, житель Сингапура все равно наймет репетиторов, чтобы улучшить отметку.

Дети идут в школу в 6 лет. Предполагается, что они уже умеют читать и писать. Этому учат в детских садах и игровых группах. После шести лет обу­чения в начальной школе учащиеся сдают специальный экзамен, от результатов которого зависит, в какую Secondary school поступит ребенок. Secondary schools бывают разного уровня обучения, с различными уклонами, и, как правило, обучение в них продолжается четыре года.

В Сингапуре нет деления на престижные и непрестижные учебные заведения. Они в равной мере финансируются, распределение учителей по учреждениям производится случайным образом. И программа, и экзамены везде одни. Правда, есть школы в элитных районах, куда стремятся попасть желающие, чтобы их ребенок сидел за одной партой с сыном какого-нибудь министра, и есть школы, где учатся дети, сдавшие выпускной экзамен на оценку выше 275 (это редкость, таких учеников в каждом учебном заведении один-два за 10 лет).

Все школы переполнены. В нашей, например, восемь пятых классов по 30 человек. Классы выглядят довольно аскетично - никаких интерактивных досок и электронных дневников. Обычные парты, мел, на стенах висят детские рисунки.

Уроки начинаются в семь утра, длятся по полчаса, перемены - по пять минут. Почти все уроки сдвоенные. Занятия заканчиваются в 13.30. Домашние задания ребенок делает за пять минут. При школе много бесплатных кружков, посещение одного из них обязательно. Моему сыну нравится абсолютно все, поэтому он торчит в учебном заведении до вечера. Кружки высокого уровня. В оркестре, например, Дэвид вполне прилично выучился играть на эуфониуме (бас-трубе).

В конце каждой четверти дети сдают экзамены по основным предметам. Затем учеников распределяют по классам в зависимости от успеваемости. Таким образом, классы постоянно тасуются, идет соревнование на звание лучших. Система постоянных экзаменов кажется нам стрессовой, но дети в ней выросли, воспринимают как должное, ведь первые экзамены пишутся еще в детсаду. Кстати, неуспевающих оставляют на второй год, как когда-то в России. Основной язык обучения - английский. Однако ежедневно проходят уроки родного языка по выбору: китайского, малайского или тамильского. Много внимания уделяется чтению. В школе везде полки с книгами, чтобы ребенок мог на перемене почитать. Учебники очень понятные. Текста мало, в основном картинки и диаграммы. Математика преподается по-другому - делается упор не на теорию, а на способ решения каждой задачи.

Чтобы стать учителем в местной школе, нужно окончить NIE (National Institute of Education), пединститут. К уровню преподавания у меня претензий нет - я контролирую математику и «науку», так как сама физик. Знаю, что учителя загружены, работа тяжелая. В сингапурских школах много учителей-мужчин. У сына первые два года классным руководителем был крупный колоритный малаец. Немного устрашающего вида, но дети его обожали. Авторитет учителя необычайно высок, но это китайская ментальность. У ребенка главный аргумент: «Учительница сказала». Я ленивая мама - общаюсь с педагогами раз в год на родительских конференциях. Больших претензий к сыну нет, а по пустякам в школу не вызывают. Наказания за шалости мягкие: пересаживают на другое место или не разрешают играть в баскетбол на перемене.

Ребенок обожает школу. Скучает по ней во время каникул. Европейцы считают ее слишком строгой. По мне, так она мягче, чем моя советская. Часто читаю в Фейсбуке стенания российских мам о снижении оценок за почерк, о многочасовых домашних заданиях, после чего сингапурская школа кажется санаторием.

Насчет инноваций в системе образования, учительских инициатив... Ну это же Сингапур, здесь без одобрения министерства образования учитель креативить не может. На любую самодеятельность нужно послать запрос чиновникам, долго ждать, что они ответят».

КОГДА ЖЕ НАША ШКОЛА СТАНЕТ УНИКАЛЬНОЙ?

«Вероятно, успешная будущность российской школы в большей степени зависит от Господа Бога, нежели от властей, - рассуждает доктор педагогических наук, профессор, академик РАО Борис Бим-Бад. - Что нужно делать? Как минимум выработать новое содержание программ. Пока мы продолжаем учить детей тому, что было актуально 50-70 лет назад и безнадежно устарело. Мир переходит на другие модели, а мы стоим на месте. Любое образование - финское, сингапурское или древнегреческое - борьба со временем. Недостаточно идти с ним в ногу, надо его опережать. Образование должно быть практичным, экземплярным. Его задача - давать ученикам примеры. Чтобы модернизировать содержание наших программ, нужно покопаться в своей же истории. Что такое финские реформы, их переход с предметов на явления? Это то, что было в России в 20-е годы прошлого века. Существовала интересная американская методика, которую взяла на вооружение Надежда Крупская. Как дама влюбчивая, она увлеклась Джоном Дьюи и его трудами, пригласила в Советский Союз, и наши школы заработали по «дьюитской» системе - от практики к теории, чтобы дети были готовы к жизни. В 1937-м Дьюи объявили пособником троцкистов, а его книги изъяли из библиотек. Войну выиграли люди, выросшие на той самой системе.

В любой стране учителя выдают на-гора то, за что им платят зарплату. Кому-то платят за инновации, кому-то - за фальшивую отчетность, и получаются разные образовательные модели. Поставьте перед российскими педагогами другую цель - будет другой результат».

Анна Бессарабова, Елена Бриль

Фото FOTODOM.RU  

Просмотров: 1842
Поделиться

Полезная информация

Загрузка...
«Настоящий» Леннон Далее в рубрике «Настоящий» Леннон


Загрузка...
Комментарии (0)

Добавить комментарий

Содержание комментариев на опубликованные материалы является мнением лиц, их написавших, и может не совпадать с мнением редакции. MIRNOV.RU не несет ответственности за содержание комментариев и оставляет за собой право удаления любого комментария без объяснения причин.