Это интересно
1205

И один в поле воин

И один в поле воин

За 30 лет поисковик-самоучка Алексей Зыков сумел отыскать и вернуть в семьи память о сотнях солдат Великой Отечественной.

Считай, полжизни Алексей Александрович потратил на поиски своего отца, без вести пропавшего в годы Великой Отечественной войны. А когда нашел, решил посвятить себя розыску данных о погибших воинах, которых не дождались с фронта тысячи жен, сестер и дочерей.

ПОЧЕМУ ПО ЗАЛУ ПОШЕЛ РОПОТ?

В детстве Алексей искал отца на улицах - всматривался в прохожих, ждал дома. Только в 1947 году Зыковы запоздало узнали, что их родственник пропал без вести.

- Мы стали семьей пропавшего солдата, - вздыхает Алексей Александрович, вспоминая, как трудно пришлось семье с четырьмя детьми.

Однажды в военкомате кто-то пренебрежительно бросил матери, мол, «он же не погиб у вас, поди, с немцами в Аргентине чаи гоняет».

- В годы войны чиновники и служаки в военкоматах еще как-то обходились без издевок, хотя уже тогда в их глазах читалась злая ирония, а после 1945 года все стало совсем печально, - рассуждает Зыков и добавляет, что испытывал личную обиду, что ему не дают гордиться своим отцом, словно принижая его заслугу: - Я постоянно думал, где и как он погиб, а может, выжил?

Зацепкой стала Книга памяти, выпуском которой государство в начале 90-х все же озаботилось. Потом архивы, документы, бессонные ночи… Про отца, Александра Алексеевича, он выяснил, что рядовой Зыков, призванный из Екатеринбурга, похоронен в братской могиле в поселке Крымск Ставропольского края. А выяснив это, невольно задумался: «Таких, как я, тысячи, но люди не знают, как и где искать». Это сегодня есть сайты с рассекреченными документами военных лет, а в конце ХХ века об этом можно было лишь мечтать.

Разыскивая отца, он обратил внимание, что в районной Книге Памяти числился 7371 человек, а он вдруг заметил: люди смотрят и удивляются - того, кого ищут они, там нет. «По залу пошел ропот», - добавляет он.

Алексей Зыков понял, что в военкоматах, где фиксировали данные военнослужащих для Книг Памяти, сделали работу, мягко говоря, неидеально.

- Через время узнал, как это происходило: вояки сами решали, кого включать в списки, а кого не стоит: у одного биография вроде как неоднозначная, у другого фамилия не очень, - бесхитростно говорит он.

Тогда-то и решил, что должен заняться помощью людям. Название организации, которую он создал для поиска, появилось само собой: «Семьи погибших воинов».

В те годы поиск каждого солдата был труден - интернета не было, Книги Памяти были неполными, в архивах людям то отказывали в помощи, то заламывали такие цены, что руки опускались, но ему как общественнику были открыты многие двери. А вскоре о его работе узнали в других регионах - начали приглашать, делиться своими Книгами Памяти, а он помогал их дополнять.

РАБОТЫ ХВАТИТ ДО 100-ЛЕТИЯ ПОБЕДЫ

Он проехал по городам Свердловской области и наблюдал, как учителя в школах порой «из-за нехватки площадей» закрывали музеи и памятные уголки о Великой войне. А те, которые видел, удивляли однобокостью и показным патриотизмом, не имевшим ничего общего с честностью.

- Часто на карте рисовали боевой путь какого-то полка с указанием численности уничтоженного противника, а про потери советских солдат - ни слова, - вспоминает он. - Портретов погибших долгое время на стенах в школах тоже не было - сейчас они появились, так как живых ветеранов почти не осталось. То же и на памятниках и обелисках в селах: выбиты были далеко не все имена тех, кто ушел и не вернулся.

Поэтому «Семьи погибших воинов» добиваются, чтобы и по сей день памятники обновлялись, фамилии на них добавлялись. Зыков говорит, что к 75-летию Победы Свердловская область подходит с частично восторжествовавшей справедливостью. В одних городах стелы заполнены правильно, но работы по оформлению списков погибших и невернувшихся хватит, пожалуй, до 100-летия Победы. Еще предстоит разобраться, почему, к примеру, в Центральном архиве воинских захоронений Минобороны России к февралю 2018 года в братских могилах ВОВ покоились 2 084 000 известных и 2 141 000 неизвестных останков.

- То есть четыре с лишним миллиона, - разводит он руками, считая, что справедливо спросить, кто эти неизвестные. - Так вот они, наши без вести пропавшие солдатики, о которых кто-то почему-то забыл. И не в Аргентинах они чаи пьют, а стали чуть ли не дважды убитые - сначала физически, потом и морально.

В Книгах Памяти Свердловской области числится свыше 240 000 фамилий. Пропавших без вести - 123 734 человека, погибших - 124 000 солдат.

- Это наша область, и мы смогли удержать военных за рукав, объяснить, что нужно сделать по чести, а в других регионах «памятные» цифры занижены, - убеждает он.

Люди это интуитивно чувствуют. Потому пишут ему из многих регионов страны, а в последние годы обращаются и из-за рубежа. По одному из запросов в документах Минобороны он искал солдата с фамилией Семухин и... нашел еще 87 фронтовиков, которые были в числе пропавших без вести.

В наши дни награды часто находят своих героев, но не всегда те и тех, кого стоило бы поощрять. Для Зыкова важно, чтобы честь была воздана павшим солдатам, кто уже не увидел мирной жизни.

- Наше государство до сих пор скупится на награды тем, кто пропал без вести на фронтах, хотя я уверен, все они достойны медали «За победу над Германией», которую когда-то получали все здравствующие ветераны, - вздыхает Алексей Александрович, но говорит, что выход есть и не требует бюджетных затрат.

Он показывает мне Памятный адрес мэра Екатеринбурга.

«Дорогие родственники воина, отдавшего в боях Великой Отечественной войны свою жизнь во имя свободы Родины и мирной жизни детей и внуков! - говорится в нем. - Храните и впредь Святую память о защитнике страны и стремитесь поддерживать вместе с гражданами России огонь памяти в своих сердцах и в грядущих поколениях».

Правда, добиться визы от мэра ему удалось только во время работы Евгения Ройзмана - он успел подписать бумаг на полсотни солдат. Убедить новую власть в Екатеринбурге, что такие благодарности важны, что их будут беречь, как иконы, пока не удалось.Ъ

ВАЖНО ПОДАРИТЬ РАДОСТЬ!

Трудными для Зыкова были 2011-2012 годы. Суммарно за два года он получил около полутора тысяч обращений с просьбами о помощи в поисках, но и в «спокойном» 2018 году пришло около сотни писем.

Алексей Зыков и его помощники берутся помогать всем, поскольку накопили большой архив данных и умеют пользоваться поисковыми сервисами.

- Нам важно прочитать в письме, как звали солдата, какого он года рождения, откуда родом, каким военкоматом призван, обязательно требуются данные вдовы, - объясняет он и особо отмечает, что без помощников - детей и внуков погибших - не справился бы.

Правда, он замечает, что, к сожалению, найти удается далеко не всех, кто воевал. Большой пробел среди тех, кто ушел на фронт в начале войны: им запрещали иметь при себе лишние документы, да и не всех из них, погибших, хоронили и сообщали о потерях командованию.

- Делаю все, что могу, - уверяет он, признаваясь, что тревожит его только возраст. В январе Алексею Зыкову исполнился 81 год, поэтому он сейчас трудится так быстро, как только может: проводит расследования, сообщает родным и берется за следующие фамилии, чтобы, пока есть силы, успеть сделать как можно больше.

Пишите и вы. Адрес Алексея Александровича Зыкова: 620075, г. Екатеринбург, а/я 41.

Максим Гусев

Фото автора.

Оставайтесь с нами! Подпишитесь на наши каналы и получайте актуальные и проверенные новости.

Комментарии (0)