Футбол строгого режима

Почему необычный? Потому что проходил он в ИТК-5 строгого режима. Московские журналисты против осужденных, акулы пера против уголовников-рецидивистов. Как нас туда занесло, сейчас расскажу…

В этой зоне Стрельцов когда-то сидел. А в личное время, случалось, играл в футбол с таким же, как он, спецконтингентом.

Колония праздновала юбилей. Руководство Тульского УВД ломало голову, как отметить его без казенщины. Тут-то и подоспела моя идея (человека, не раз бывавшего в зонах в качестве журналиста) - сыграть в футбол со здешними сидельцами. Причем на том же «поле» (на самом деле - на плацу), где финтил с мячом именитый зэк, а по утрам и вечерам выстраивалась на поверку вся колония. Тюремное ведомство от неожиданности согласилось. Но сначала кое-что о Стрельцове…

УКРОЩЕНИЕ СТРОПТИВОГО

В 1955 году в сборной СССР по футболу дебютировал 17-летний Эдик Стрельцов. Наши на выезде разгромили шведов 0:6, три мяча заколотил Эдик. На чемпионате мира 1958 года шведы возьмут реванш, но Стрельцова в команде уже не будет: он находился под следствием.

Выписка из уголовного дела:

«Стрельцов Эдуард Анатольевич, 1937 года рождения, место рождения - г. Москва.

Место работы (должность) - футболист команды «Торпедо».

Арестован Мытищинским райотделом милиции 23 мая 1958 года по обвинению в избиении и изнасиловании 17-летней дочери военного атташе СССР в Великобритании. Осужден судебной коллегией по уголовным делам Московского областного суда 24 июля 1958 года по Указу от 4 января 1949 года «Об усилении уголовной ответственности за изнасилования» на 12 лет лишения свободы. В 1960 году срок снижен до 7 лет в порядке помилования Президиумом Верховного Совета РСФСР.

В 1963-м освобожден досрочно. Не отбыл в общей сложности 2 года 3 месяца 10 дней».

Насиловал - не насиловал, бил - не бил… Толкуют разное. Одни кивают на происки силовиков: мол, Стрельцов не пожелал переходить в «Динамо», вот и отыскали повод наказать. Другие считают это местью министра культуры Фурцевой, в адрес которой Эдуард позволял себе дерзости. Так или иначе, а Стрельцов вину признал. По каким причинам - ему видней. Точка.

Тюремная судьба бросила звезду футбола на лесоповал в Кировской области. Там он долго не задержался: молодой был, норовил показать характер. Мог не встать по команде «Подъем!», послать докучливого соседа из блатных куда подальше. Строптивца проучили по здешним законам - «причинили легкие телесные повреждения, повлекшие кратковременное расстройство здоровья». Это если судить по рапорту. А в переводе на русский бытовой: накинулись сворой, отпинали так, что больше месяца он провел в медчасти. Действительно, легко отделался. После этого его и перевели в ИТК-5 в городе Донском Тульской области.

КЛЮЧ НА ДВЕНАДЦАТЬ

К моменту нашего приезда живых свидетелей арестантской биографии Стрельцова осталось немного. Один из них - бывший начальник отряда Анатолий Павлович Леонардов, в ту пору пенсионер МВД. По его словам, к знаменитому форварду здесь относились с уважением:

- Блатной романтикой он не страдал. Чтобы матом или по фене, к примеру, выразиться... В личных беседах вспоминал роковую вечеринку на подмосковной даче: «Зря она шум подняла…»

Первое время Стрельцов напильником точил здесь гаечные ключи с трещоткой. Леонардов однажды заглянул к нему в цех. Эдуард, закончив работу, протянул ему ключ на двенадцать: «Возьми, Палыч, на память о Стрельцове».

- Потом его перевели в отряд хозобслуги на должность библиотекаря, - вспоминал Леонардов. - Появилось время на тренировки.

Вообще-то футбол в «пятерке» не поощряли: мяч улетал в запретку, к контрольно-следовой полосе. А там верховодил караул. Но иногда под надзором режимников любители гоняли старенький мячик. Эдик в одиночку обводил всю команду.

А еще старожилы рассказывали, будто один из сотрудников ИТК на спор поставил на голову металлическую кружку и предложил форварду сбить ее мячом. Эдик разбежался и - гражданин начальник спор проиграл, едва не потеряв лицо от испуга.

КРАСНЫЕ НАЧИНАЮТ И ВЫИГРЫВАЮТ

Когда за спиной натужно хлопают электрозасовы КПП и ты оказываешься внутри огромной клетки - территории строгого режима, поневоле вспомнишь шутку старых энкавэдэшников: «Все мы на свободе лишь за недостатком улик». А тут еще сотрудники ИТК, одетые по последнему писку ведомственной моды (мундиры натовского образца, уставные кепи а-ля Пиночет), нагнали жути: мол, недавно здесь случился захват заложников, но вы не беспокойтесь - всех освободили, захватчиков примерно наказали, охрану усилили. Можно начинать…

Против нас выставили группу коротко стриженных типов в синих трико и белых майках с эмблемой ИТК-5, подозрительно смахивающей на веточку марихуаны. По составу команды соперников в пору было изучать Уголовный кодекс в самой тяжкой его части. Воры-рецидивисты всех мастей и оттенков. Завсегдатаи зоны, тянувшие второй, а то и третий срок за грабеж или разбой. Деревенского вида мужики, приземлившиеся на «строгаче» по статье «Убийство». Они и играли, словно отказывались в суде от последнего слова, без единого звука, не подавая голоса даже товарищу по команде.

Из-за решетки по периметру плаца, где в характерных позах, то есть на корточках, сидели болельщики, доносились то советы «хлебнуть чифирька для прыти», то добродушные призывы «бить красных». Красные — это мы. Угораздило же нас на этот матч натянуть алые футболки! И это там, где красными называют спецконтингент, который помогает администрации.

Интересно, что мяч в игру символично ввел майор Боровиков, зам. начальника ИТК по безопасности, на здешнем жаргоне - кум. И в каком-то смысле он стал участником последующего переброса - того, с чем в иные дни его служба беспощадно борется. В разгар матча пятнистый шар, описав дугу, скрылся за колючей проволокой - к вящему восторгу публики и неудовольствию стрелков на вышках. К счастью, у нас был запасной.

Обитатели «пятерки», войдя в роль итальянских тиффози, махали черными кепками из окон бараков, тянули сквозь решетки локальных участков синие от наколок руки и так раззадорили начальство, что его симпатии вскоре явно переметнулись от прессы к своим подопечным.

Несмотря на мощную группу поддержки, команда хозяев (хотя, конечно, хозяин в зоне только один - начальник колонии) уступила со счетом 4:5. Победа, скажу без ложной скромности, могла бы быть и более убедительной, если бы не вратарь - жилистый 33-летний туляк, угодивший сюда по мокрому делу, который пластался по асфальту так, будто от этого зависело, выйдет ли он по УДО.

Почивать на лаврах нам пришлось недолго. Уже на следующий день нас взяли на слабо: мол, зэков обыграть много ума не надо - им спортивную форму поддерживать некогда. Вы вот с нашим спецназом попробуйте…

И мы легкомысленно согласились.

На городском стадионе нас ждали парни из отряда тюремного спецназа «Гриф». Предупредили сразу: если забивают они - с кромки поля взмывает в небо сигнальная ракета. К концу матча этим ракетам мы просто потеряли счет.

Уступили мы по всем статьям, но были не в обиде. Как не держал зла на своих бывших тюремщиков и Эдуард Стрельцов. Встретив после освобождения на каком-то торжестве зама по производству колонии, где сидел, футболист подарил ему визитку и без рисовки сказал: «Будет интерес к ЗИЛу - обращайтесь. Помогу».

Игорь Панков

Фото из архива И. Панкова,

И. Уткин/ТАСС, В. Шандрин/ТАСС.