Новости шоу бизнеса. Откровения звезд
7867

Михаил Боярский: «Понимаю, что мое время ушло»

Михаил Боярский: «Понимаю, что мое время ушло»

Оригинал, острослов, кавалер. Элегантен, галантен, речист. Без такого Боярского телевизор давно уже не может обойтись. Но есть же и оборотная сторона этой сверкающей медали. Циник, мизантроп. Гневлив, вечно раздражен. Такой он вне экрана... Или, может быть, таким хочет казаться?

26 декабря главному мушкетеру страны исполняется 65 лет. А пока он, как и обычно в это время, в разъездах. Питер - Москва, Москва - Питер - перед Новым годом Боярский нужен всем. Съемки, корпоративы, концерты...

...Небольшая передышка. Гостиничный номер: смятая постель, пепельница, полная окурков. И колючий взгляд из-под нахмуренных бровей. Не предвещающий ничего хорошего...

- Михаил Сергеевич, несколько лет назад с вами беседовали - за время интервью вы чуть ли не пачку выкурили. Сейчас введен запрет, но, видно, вас он не сильно касается.

- Касается. Конечно, касается. Но если мне нельзя курить во время интервью - значит, я отказываюсь от интервью.

- Я-то не против - государство возражает.

- Если меня приглашают в гостиницу, где нельзя курить, то я не приезжаю в такую гостиницу. Спрашиваю разрешения, и если мне не разрешают - разворачиваюсь и уезжаю. Это проблема тех, кто меня приглашает, а не моя... Вообще, конечно, глупый закон, тем более что он не выполняется. А законы, которые не выполняются, законами не являются.

- Зато, наверное, сильно раздражают. Вас ведь почему-то принято считать мизантропом, которого ну все буквально раздражает...

- Да, это так. Но поскольку я это знаю, то подавляю в себе эту агрессию.

- С возрастом одни становятся мягче, у других, наоборот, портится характер. К какому типу себя отнесете?

- Ко второму. Я консерватор, все новое принимаю в штыки... Но я не ломаю компьютеры ни у кого, не отнимаю айпеды, не разбиваю телевизоры. Так что это только мои проблемы... Природа с возрастом не меняется - такая же прекрасная, как и была; дети - такие же прекрасные, женщины. А в 65 - мужик ягодка опять. Мне семья все интереснее и интереснее. То есть приобретение - это семья, все остальное теряется. Потерять можно много в жизни, а семья прибавляется, поэтому за нее нужно держаться. Это снова маленькие дети, снова первые шаги, первые слова - все это очень здорово.

- Так вот и казалось, что внуки вас изменят, растопят сердце и вы станете мягким, белым и пушистым.

- Ну в общем-то дома я такой и есть. А что касается всего остального... В светском обществе я не появляюсь. Перед спектаклем сижу один в гримуборной... Зрителей, правда, не очень люблю, потому что терпеть не могу, когда они начинают хлопать до начала спектакля. Вышел на сцену - похлопайте, но зачем раз 20-30 до начала спектакля хлопать? Эй, начинай вовремя, что ли? Так это не мы задерживаем, а они. Они раздеваются долго, они садятся долго, они телефоны не выключают никогда...

- Извиняюсь, а кто для кого: вы для них или они для вас?

- Это не имеет никакого значения. Каждый выполняет свою функцию. Они пришли отдыхать, развлекаться, я - работать, трудиться. Так что каждый должен делать свое дело.

- Все-таки мизантроп в вас не умрет никогда.

- Вместе со мной...

«ИНОГДА ЖАЛКО, ЧТО ШПАГИ НЕТ, ВСЕ БЫЛО БЫ ПРОЩЕ»

- Мешает он вам? Часто вырывается из-под контроля?

- Мешает, конечно. Но если и вырывается что-то, то не из-за моей мизантропии, а в ответ на конкретное хамство. Начинается все с выхода на улицу. Сейчас у всех телефон есть - и они хотят сфоткаться, тут же! Только выхожу мусор вынести - «А можно сфоткаться?» Вот так бы сразу мусорным ведром по башке и дал.

- То есть сослагательное наклонение тут все-таки присутствует?

- Ну конечно... Хотя они и в бане могут подойти, и в туалете. Сфоткаться им надо - и хоть умри! Детей подсылают: «Для ребенка сделай». В полвторого ночи ребенок вдруг безумно захотел сфоткаться!..

- Разве еще не привыкли к этому?

- Нет, я говорю: «Вам не удастся меня осчастливить». И ухожу.

- Они же вас просто любят. 35 лет смотрят д’Артаньяна. В своем воображении рисуют определенный образ, а вы их обижаете.

- Да пускай смотрят еще 135 и воображают сколько угодно. Да, я такой. И никакого отношения к этому персонажу не имею. Д’Артаньян и я - два разных человека. Хотя иногда даже жалко, что шпаги нет, все было бы гораздо проще.

- Так что еще в дне сегодняшнем вызывает раздражение?

- Телевизор, например.

- Так сами же в нем участвуете.

- Смотря в чем участвовать опять же. От тех программ, которые всегда имеют какой-то мутный осадок, я отказываюсь. А если это Первый канал... Скажем, «Две звезды», «Точь-в-точь», «Один в один!». «Голос» - интересный проект. А была, например, передача «Три аккорда». Это чудовищное что-то! Ужас! Там не только стыдно в жюри сидеть - и на сцену-то не очень выйдешь даже с какой-то приличной песней... От проекта «Живой звук» я отказался, мне показалось, что это недостойно зрителей. Потому что нужно все-таки думать не только о себе, но и о тех, кто смотрит передачу.

- Но бывают же другие стимулы и смыслы.

- Я понимаю, что есть компромисс материальный. Трудно осуждать актеров, которые снимаются в рекламе, потому что это очень серьезные деньги. Но сам я непокупаем в этом плане.

- А со стороны кажется, что в «ящике» вы банально зарабатываете.

- Ни в коем случае! Это только недавно, буквально два-три года назад, стали что-то платить. До этого все было бесплатно.

- Но у вас сейчас не так много съемок в кино, в театре зарплата небольшая...

- Я, во-первых, состоятельный человек. И мне лишнего не нужно. Да, у меня есть жена, дети, внуки, я поддерживаю определенный материальный уровень семьи. Но зарабатываю деньги где угодно, только не на ТВ.

- А где?

- Корпоративы.

- Сейчас у артистов с этим туго.

- У кого-то - может быть, у меня - нет. Так что в этом плане я спокоен - могу себе позволить не работать там, где мне неинтересно.

- Если говорить о кино, тут какой процент отказа? 70 на 30, 80 на 20, 90 на 10?

- Почти сто. Понимаете, если это сериал, то приносят килограммов 10-12 бумаги. Я максимум две страницы могу осилить, и через неделю все это идет на помойку. Уже говорил как-то: мне предлагают все время танцевать хип-хоп, а я танцую полонез, вальс, мазурку. И не буду этого делать - не мое, это ваше все! Я смотрю фильмы - куда ж деться - и «Горько», и «Горько-2». И ребята там есть, которые великолепно играют. Я так не умею, как они. Но все это на уровне КВН. Они долго играть не могут. В КВН человек здорово вышел на 15 секунд - его сразу на главную роль в кино. А там он - пф-ф и ничего не может. И режиссер не может долго. Потому что мотивации для того, чтобы снять фильм, практически нет. Снять фильм - это средство, чтобы выразить себя, что-то кому-то сказать. А у них это цель - просто снять. Поэтому стоит ли мне, человеку, который не умеет этого, там участвовать?..  Я вот недавно посмотрел фильм о Марлоне Брандо и запомнил одну его фразу. Думаю, мы с ним в этом плане схожи. Он сказал: «Если бы за копание канав платили такие же деньги, как за кино, я бы копал канавы». Бывают подобные мысли, когда предлагают такие сценарии, таких режиссеров. Потому что это не то что плевок в вечность, это какая-то бесконечная струя.

Михаил Боярский: Понимаю, что мое время ушло

«99 ПРОЦЕНТОВ ТОГО, ЧТО Я ИСПОЛНИЛ, - ТАКОЙ ПОЗОР И СТЫД!»

- Артист - само по себе уже некий диагноз. Кто-то говорит о том, что профессия не мужская. Недостойная даже. У вас не возникло еще разочарования в ней?

- Возникло, возникло. По отношению к себе возникло. Я тоже считаю, что это, в общем, кривляние. И гордыня, и самолюбование. Действительно, не мужская профессия. Ведь если всерьез задуматься: а как появились артисты-то? Думаю, примерно так. Были мощные, сильные люди в каменном веке, которые хранили семьи, добывали огонь, убивали мамонта, кормили жен, детей. А кто не ходил на охоту - кто потрусливее был или себе на уме, - те отсиживались: чтобы не замерзнуть, чтобы тигр не съел. А потом то задницу покажут, то завоют как-нибудь, то попрыгают. И им за это по кусочку откидывали. А ну вроде как повеселее будет... Вот с этого и началась актерская профессия, я так полагаю.

- И что, вы ощущаете себя шутом гороховым?

- Ну а каким способом я зарабатываю деньги?.. В молодости снимался в трех-четырех картинах подряд, играл премьеры, записывал песни, выступал в рок-группе, снимался на телевидении. Это было здорово, увлекательно. Но потом, когда остановился, я подумал: а чего я делал-то?

- Это сейчас такие мысли в голову приходят?

- Ну да. Мне какой-то фан прислал все триста песен, которые я записал. Слушать невозможно! Ужас какой! 99 процентов того, что я исполнил, - такой позор и стыд! Но это была, знаете, даже не работа, а просто процесс. «Мишка, споешь?» - «А давай!» То есть не было такого к себе отношения: так, нет, это лишнее; а вот тут я подумаю... Это сейчас я позволяю себе такую роскошь. А раньше просто жрал все подряд, как корова на лугу. Что одуванчик, что василек сожрать - а на выходе одно и то же. Ну и дальше что? А оказывается, мне надо было сыграть одного д’Артаньяна, и все. Больше ничего не надо!

- И что же, теперь мучительно больно за бесцельно прожитые годы?

- Нет, я с этим спокойно живу. Ну да, дурачок был, так случилось. Ну вот как-то так промчался по жизни...

- Лизу предостерегаете от собственных ошибок?

- Я говорю ей об этом. Но у нее, по-моему, более верное отношение к профессии. Да и с рождением ребенка, думаю, правильный баланс появился - потому что семья важнее, конечно. Все остальное - мимолетно и в общем-то не очень нужно. Я просто слишком часто хоронил артистов. Каких бы званий ни добивались, какими бы великими ни были - нет и нет. И все, и забыли. Ну и что пыжиться-то особенно?

- Когда Лиза еще не была замужем, ходили разговоры о том, что вы очень сурово относитесь к ее избранникам - жалуетесь, дескать, мужиков нет нормальных...

- Боюсь сглазить, но Макс, конечно, меня потрясает...

- Но он ведь тоже актер.

- Но он еще и мужчина настоящий. Он может все делать руками. Если не будет артистом - часу не пройдет, как станет ковать железо. Он может пойти в армию и стать каким-нибудь снайпером, может быть акушером. Макс настоящий мужик - если за что-то берется, то делает все до конца. Сейчас доучивает английский, убежден, что будет сниматься в Голливуде. Не сомневаюсь в этом. Он не поверхностный в отличие от меня.

- Но вы действительно были так страшны для женихов Лизы, как вас малюют?

- Не-е-ет. Я даже ни с кем знаком-то не был. Как и с Максом, собственно. Один Новый год мы с ним встретили, в следующий раз увиделись на свадьбе - все. А теперь я его вообще не вижу. Если нас что-то и объединяет, то только внук.

«У ТЕХ, КТО КРИТИКУЕТ ПУТИНА, КОРОТКАЯ ПАМЯТЬ»

- Вас не так давно включили в какой-то санкционный список по Украине. Вы в курсе?

- Говорят, да. Я-то сам не видел...

- А в чем провинились?

- А Бог его знает. У меня компьютера нет, телевизор я не смотрю...

- Может быть, имеется в виду ваша относительная близость с нашим президентом?

- Может быть.

- У вас с президентом есть определенные отношения, некая общая история. Сейчас она продолжается или все уже в прошлом?

- Нет, она продолжается. Но поводов для того, чтобы встречаться чаще, пока нет. Наверное, появятся. Я являюсь доверенным лицом президента, езжу на все собрания, съезды и так далее.

- Понятно, что личное знакомство влияет на оценку человека, тем более такого. Но скажите: за эти 15 лет, что Путин у власти, у вас менялось к нему отношение?

- Нет. Появляется только все больше и больше удивления его выносливостью. Для меня это загадка. Вот есть артисты, которые случайно попали в театр. А есть те, которые в нем родились, - такие как Черкасов, Меркурьев... Мне кажется, что в среде вожаков Путин - один из немногих, кто находится на своем месте.

- Олег Басилашвили не стесняется критиковать власть. Как и Юрский, Макаревич. Вы, так понимаю, по другую сторону баррикад?

- Да. Почему? Ну во-первых, есть такое выражение: «Один за всех и все за одного», оно принадлежит Дюма. Путину принадлежит другое высказывание - «Мы своих не бросаем». И потом, у них - тех, кого вы перечислили, - достаточно короткая память. Он для них столько сделал. Может, когда мне будет 80, у меня тоже появятся какие-то более глубокие и мудрые мысли. Но в данном случае я поддерживаю президента, потому что это касается не только меня, но и моей семьи, моих близких. Когда Путин пришел, я сразу ощутил, что это мой президент. Во-первых, появилась возможность путешествовать по всему миру. Я мог, выезжая за рубеж, покупать любые гитары. Появилась возможность учиться детям - где угодно. Медицина - какая хочешь: хочешь в Германии, хочешь в Австралии, хочешь в Китае. Мы можем купить любую квартиру, иметь доллары - сколько хочешь, никто тебя за это не посадит...

- При Ельцине не могли, что ли, покупать квартиры и гитары?

- А 90-е прошли мимо меня. Я, честно говоря, даже не понял, что это были за годы. В моей профессии особых изменений не было. Стали на сцену голые выходить - я голым не выходил. Стали кормить зрителей всем подряд: чернухой, порнухой... Нет, я это промахнул мимо все, мне в этом плане повезло. Так что с приходом Путина... Главное - самоуважение появилось. Мы за рубежом стали вести себя уже с перебором нагло. Раньше я ходил - боялся по-русски что-то сказать. А теперь ты ходишь, и у тебя на майке Путин - это круто!... А он, между прочим, по найму работает. Другой на его месте уже давно бы все бросил. На кой черт - всю жизнь под откос! Последнее его высказывание «Весь смысл жизни - в любви». Ну, и имел он эту любовь? Может, и имел - никто не знает, он же человек молчаливый, скрытный. Но, может, ему хотелось больше с детьми побыть. Вот я сейчас меняю любую профессию на семью. Потому что это интереснее. Он смог так сделать? Нет. Он работал все время на нас, это ломовая наша российская лошадь. Которую надо поддерживать - она ведь не вечная и хомут натирает.

«СЕБЕ ПОЖЕЛАНИЕ ОДНО - НЕ ВПАСТЬ В МАРАЗМ»

- Михаил Сергеевич, вы по-прежнему сами для себя самый интересный собеседник?

- Да. Мне с собой очень интересно, потому что я все-таки артист и умею говорить за других. В своих мыслях могу встречаться с Петром Первым, с Владимиром Путиным, с Джоном Ленноном. Я могу беседовать с Мэрилин Монро и в диалоге за сигарой и рюмкой коньяка провести с ней пару часов. А вот она мне сказала так, а я ей ответил так... Это, конечно, маразм определенный, но я люблю такие идиотские фантазии. Причем они у меня всегда педантичны, я никогда не позволяю своим парт­нерам по фантазиям льстить или врать - они очень откровенны со мной. А я пытаюсь выпутаться из этой ситуации, думаю: а как бы ответил, если бы меня спросил, допустим, Чехов? Вот он скажет: «Ну как же так, господа, вы эпистолярное наследие-то оставили или вообще писать разучились?» А я ему: «Антон Павлович, ну смилуйтесь, у вас лампочек не было, а у нас компьютеры» - «А что это такое?» И вот пытаюсь ему объяснить...

- Ну а живые, реальные собеседники у вас остались?

- Все меньше и меньше. Таких, как Равикович, как Владимир Балон... С Алисой Бруновной (Фрейндлих. - Ред.) иногда имею честь поговорить. С Табаковым говорил неоднократно, но все-таки это очень мало. Потому что я все мечтал попасть к нему на курс, посмотреть, как он обучает, но так и не удалось. Хотел бы сам поучиться у него... Мне интересно говорить с детьми, так как сразу понимаю уровень своего положения в современном мире. Серега (сын Боярского. - Ред.) меня вообще не считает за собеседника, потому что я не продвинутый. Ему сложно со мной говорить - они, продвинутые, все схватывают на лету и очень быстро анализируют. И с Лизой непросто, потому что мои высказывания очень старомодны, не приносят никакой пользы в ее профессии. Так, бурчит что-то: это не так, то не этак - ну пускай побурчит. С Максом тоже - лучше книгу почитает, чем со мной побеседует, он не теряет время напрасно...

- Извиняюсь, Михаил Сергеевич, а вы часто думаете о том, что ваше время ушло?

- Конечно! Это нужно понимать. Осень - все, листья опали. И стоишь голый как дурак и чего-то машешь сухими ветками. Рождаются новые люди, а ты - уже отработанная натура, уходящая. Поэтому какая польза от меня может быть? Только нянька. Но пока еще функционирующая и не сидящая на шее у детей. Я пока еще сам передвигаюсь, могу чем-то помочь. Я могу еще кому-нибудь морду набить при необходимости. А могу и на Мальдивы отвезти и детей, и внуков.

- Могу не значит «хочу». А часто возникает желание уехать в загородный дом, подальше ото всех - и книжки, вино, сигары, собственные мысли?

- Одному? Нет. Дня на три максимум меня хватит. Мне все-таки нужен собеседник какой-нибудь. А с супругой мы, может быть, не разговариваем красиво, зато молчим здорово... Вот выпить не с кем, это точно. Валька Смирнитский у меня остался, пара школьных друзей. Но один в больнице, другой в больнице... Машина-то проехала свое, она изношена, менять надо колеса. А эти колеса уже не выпускают, уже не поменяешь. И вот педали скрипят, сиденья порваны, стекла разбиты. Мотор заведется - и на том спасибо...

- Грустно все это. А на носу Новый год. Могут же быть новые ощущения, события, ожидания?..

- Нет... Хотя мне интересно посмотреть, как Андрюшка (младший внук. - Ред.) будет встречать Новый год. В прошлый раз он елку не очень воспринимал, а сейчас уже ждет эту елку, подарки будет ждать. Наверное, соберемся все вместе: Лиза, Макс, Сережа, дети...

- Себе что бы пожелали в новом году?

- Только здоровья, больше ничего не нужно. И чтобы в маразм не впасть - это самое главное. Все-таки впадаю в маразм, я это чувствую. После шестидесяти все впадают в маразм. Нужно написать себе плакат и повесить на стенке. Чтобы проснулся утром - и: «Имей в виду, ты в маразме».

Дмитрий Мельман

Фото: В.Горячев

Оставайтесь с нами! Подпишитесь на наши каналы и получайте актуальные и проверенные новости.

Комментарии (0)

© 2019. Сетевое издание «Мир Новостей». Зарегистрировано в Федеральной службе по надзору в сфере связи, информационных технологий и массовых коммуникаций.Свидетельство о регистрации Эл №ФС77-58901 от 05.08.2014 г.

Свободное использование в Интернет-пространстве текстов, фото и видеоматериалов, опубликованных на этом сайте, допускается при условии обязательного размещения гиперссылки на источник публикации mirnov.ru.

Мы используем файлы «cookie» для функционирования сайта. Если Вас это не устраивает, пожалуйста, покиньте сайт. Политика конфиденциальности

16+
Top.Mail.Ru