Общественные и социальные новости
2937

Чиновники начали цензурировать книги, пьесы и сценарии

Чиновники начали цензурировать книги, пьесы и сценарии

Когда российские власти взяли курс на возврат к консервативным ценностям, мы не предполагали, что новая политика вернет нас в старые времена - к чиновникам, запрещающим книги, вычеркивающим «опасные» сцены из пьес и сценариев, составляющим списки неблагонадежных авторов.

«КАКОЕ СКАЗОЧНОЕСВИНСТВО!»

«Дюймовочка» - это информация о насильственном удержании несовершеннолетней с принуждением к вступлению в брак. «Карлсон, который живет на крыше» - документ, отрицающий семейные ценности и формирующий неуважительное отношение к родителям. «Сказка о царе Салтане» - материал о преступном заточении молодой женщины в бочку. Емеля - антиобщественный элемент, Том Сойер - субъект, занимающийся пропагандой бродяжничества, Кот в сапогах - вероломный убийца...

Персонажам детских книг предъявлено обвинение в нарушении российского законодательства. Конечно, до суда дело не дойдет, но две недели назад дошкольные учреждения Орловской области получили от местных чиновников список запрещенной литературы. Под раздачу попали «Колобок», «Теремок», «Гуси-лебеди» и многие другие сказки. Выросшие на них же государственные служащие на шести страницах объяснили родителям и воспитателям, почему от детей до 6 лет надо скрывать истории о лисе, съевшей булку, или о семерых козлятах, доконавших волка. Больше всех от цензоров досталось Александру Сергеевичу Пушкину: за Балду, убившего священника, и за «Сказку о золотом петушке» со Звездочетом-скопцом, с Дадоном, царствующим лежа на боку, и аморальной заграничной девицей.

В Орле на федеральный закон №436-ФЗ «О защите детей от информации, причиняющей вред их здоровью и развитию» сегодня ссылаются руководители детсадов, в Ульяновске - сотрудники биб­лиотек. Министерство искусства и культурной политики региона рекомендовало областному Дворцу книги изъять произведения Людмилы Улицкой из свободного доступа - отправить в хранилище и не использовать на выставках и просмотрах. Месяцем раньше ульяновская прокуратура искала в них признаки гей-пропаганды. Не нашла, зато привлекла в союзники Минкульт. Кстати, вместе с романами Улицкой чиновники посоветовали библиотекарям убрать с полок и «Всеобщую декларацию прав человека в пересказе для детей и взрослых» писателя Андрея Усачева. Тоже в высшей степени вредное чтиво.

«Любые запреты, маркировки, обвинения в адрес творческой интеллигенции ненормальны. Они противоречат Конституции РФ. Основной закон государства гарантирует каждому гражданину свободу мысли и слова, запрещает цензуру. Придраться можно к чему угодно. Особенно если есть желание. Я наглядно это продемонстрирую, - полон решимости опытный петербургский адвокат Аркадий Чаплыгин. В марте, после ряда громких скандалов в литературной и театральной среде, юрист обратился сразу к шести питерским прокурорам с заявлениями, в которых просит проверить на экстремизм и подвергнуть возрастной маркировке... Библию. - Посмотрю, вынесут ли они представления для суда. А почему Роскомнадзор, блюстители морали нападают лишь на светскую литературу? Отрывки, созвучные риторике приверженцев крайних взглядов, есть и в Священном Писании. Я не верю в благие идеи депутатов и чиновников, радеющих о наших умах и душах. Всегда и везде цензура - шаг к произволу».

НЕ ПОЙ, КРАСАВИЦА, ПРИ НИХ

Что мы все о книгах да о книгах... «Консервативные ценности» возвращаются не только в литературу, но и на сцену. В театре «Содружество актеров Таганки» недавно, например, поставили «Чиполлино», заменив привычный - революционный - финал произведения Джанни Родари неожиданной моралью о терпимости и толерантности. Департамент культуры Югры в марте заставил режиссеров Нижневартовского театра кукол переписать «Серую шейку»: в версии Мамина-Сибиряка героиню сказки - утку со сломанным крылом - бросили родители. Организаторы московского фестиваля «Дни исторического и культурного наследия» не включили в апрельскую концертную программу музыкальный отрывок из оперы Глинки «Руслан и Людмила», предложенный Благотворительным фондом Микаэла Таривердиева, - в последний момент эксперты расслышали в арии Людмилы тревожные слова «Киев» и «Днепр».

«Когда надзорные ведомства запрещают использовать в произведениях бранные слова, мат, я еще могу понять их мотивы. Но как относиться к совершенно неоправданным, бессмысленным ограничениям? - не понимает чиновничьего рвения президент фонда, вдова известного композитора Вера Таривердиева. - Что мы подвергаем цензуре? Наше культурное наследие? В России приказы, табу обычно приводят к противоположному результату. Такое уже не раз случалось. Я застала период советской цензуры и помню, какой популярностью пользовался самиздат, как интеллигенция возносила опальных художников, писателей и поэтов. Списки запрещенной литературы, попытки контролировать творческий процесс отдают вкусовщиной, не слишком высоким уровнем культуры у людей, считающих себя поборниками морали и нравственности. Мораль - это система социальных договоренностей, негласные правила, добровольно принятые обществом. Мораль не назначается и не спускается в народ в виде приказа».

«И НЕТУ ДРУГИХЗАБОТ»

Тот факт, что законы о цензуре в СМИ, театре, кино и литературе принимают люди, называющие журналисток лесбиянками, народных артистов - проститутками, а избирателей - дебилами, в нашей стране никого не коробит.

И никого не удивляет, что Госдума РФ, администрации регионов полностью сосредоточили свое внимание на информации во всех ее видах, начисто забыв о проблемах в сфере здравоохранения, образования, экономики, ЖКХ. Неужели, если мы уберем из газет и книг плохие слова, оставим в голове только правильные мысли, полностью отвечающие требованиям Минкульта, Роскомнадзора и других ведомств, жить станет лучше, жить станет веселее, как говорил в 1935-м большой «искусствовед» Иосиф Сталин?

Когда год назад 53% россиян призывали государство запрещать книги и фильмы, оскорбляющие нравственность (данные социологического опроса «Левада-центра»), а 26% советовали ограничивать их распространение, о чем они думали? О том, что без «Лолиты» Набокова их дети будут надежно защищены от педофилов? Или о том, что без «Москвы кабацкой» Есенина страна мигом излечится от алкоголизма?

Тогда не нужно останавливаться. Давайте подгоним под современный стандарт «Анну Каренину» - пусть рожает мужу десяток детей, получает материнский капитал и рассказывает Вронскому о плюсах законного брака. Перепишем «Ромео и Джульетту» - влюбленные до совершеннолетия не будут склонять друг друга к сексу и, обсуждая матримониальные планы, обойдутся без суицида. Изменим финал «Муму» - либо собака научит Герасима гуманному обращению с животными, либо Герасим обретет дар речи и даст отпор барыне-мучительнице. Без революций - через суд. Подправим «Гамлета» - принца датского следует излечить от депрессии, а его родственников - ознакомить с уголовным законодательством. Модернизируем «Палату №6» - поместим Рагина в оснащенную новейшим оборудованием больницу, в городской управе ему ни с кем не придется спорить о необходимости благоустройства клиники, с ума он не сойдет, а станет мэром уездного городка или чиновником Мин­здрава.

Уф, работы для цензоров - непочатый край! А в их усердии, рачительности не приходится сомневаться. Так стараются, что даже на географических атласах в петербургских библиотеках ставят маркировку «18+», а в ханты-мансийских театрах смягчают сюжет «Снежной королевы» Андерсена. Эти точно не позволят писателям и режиссерам развращать читателей и зрителей, а читателям и зрителям не позволят думать.

Режиссер, сценарист, продюсер Гарри Бардин: «Можно было бы связать глупость и рвение региональных чиновников и депутатов с весенним обострением. Но у них это всесезонное явление. Мы торопимся уже не в советское прошлое, а в Средневековье. Со страшной силой торопимся. Скоро будем искать ведьм и жечь книги. В прежние времена тоже хватало идиотов. Были запреты, но режиссеры, писатели, сценаристы знали правила игры: «Этого не касайся, того не трогай». А сейчас непреодолимые препятствия возникают по ходу дела, и их не обойдешь. Решения и приказы не поддаются логике. У меня такая ситуация вызывает оторопь».

Писатель Денис Драгунский: «То, что происходит, действительно вызывает тревогу, прежде всего своей запредельной глупостью. Но я надеюсь, что здравый смысл, живущий в народе и в русской культуре, все-таки победит, и никто не станет изымать «Карлсона» из библиотек, и не найдется родителей, которые не станут читать детям сказки Пушкина, убоявшись депутатского запрета. Другой вопрос: почему депутаты этим занялись? Для меня это загадка... Может быть, потому, что представительную власть отодвигают от политики, от выработки и принятия важных решений? А работать, писать законы и вообще ощущать себя властью хочется. Вот они и взялись за детские книги. Но это лишь мое предположение».

Анна Бессарабова

Карикатура А. Хорошевский

Оставайтесь с нами! Подпишитесь на наши каналы и получайте актуальные и проверенные новости.

Комментарии (2)

© 2019. Сетевое издание «Мир Новостей». Зарегистрировано в Федеральной службе по надзору в сфере связи, информационных технологий и массовых коммуникаций.Свидетельство о регистрации Эл №ФС77-58901 от 05.08.2014 г.

Свободное использование в Интернет-пространстве текстов, фото и видеоматериалов, опубликованных на этом сайте, допускается при условии обязательного размещения гиперссылки на источник публикации mirnov.ru.

Мы используем файлы «cookie» для функционирования сайта. Если Вас это не устраивает, пожалуйста, покиньте сайт. Политика конфиденциальности

16+
Top.Mail.Ru