Госдума приняла в первом чтении законопроект о пожизненном денежном содержании судей.
Они и раньше его получали пожизненно. Но теперь предложено сохранять его максимальный размер, даже если судья перед отставкой перешел на нижестоящую должность.
Внес законопроект Верховный суд РФ. Секретарь пленума высшей судебной инстанции Олег Зателепин, обосновывая актуальность проблемы, рассказал, что сейчас пожизненное содержание судей рассчитывается по последней должности, из-за чего председатели и зампреды судов не хотят после отставки работать на более низкой ставке, то есть простым судьей. Принятие поправок, по его мнению, будет способствовать «укреплению кадрового потенциала судебной системы».
Однако во время обсуждения законопроекта к авторам возникли резонные вопросы. А с чего это вдруг судьям понадобились дополнительные привилегии? Разве мало уже имеющихся? Разве служители Фемиды у нас такие независимые и справедливые, что на них никаких денег не жалко?
Часть парламентариев выразила недовольство особым положением российских судей и размерами коррупции в судебной системе, не говоря уж о справедливости судебных решений. Почему же для учителей и врачей, чья пенсия тоже рассчитывается по последней должности, подобные льготы не предусмотрены?
Представитель Верховного суда парировал: зато в отношении военнослужащих действует тот же порядок, что предлагается и для судей. Кто-то из депутатов прямо задал вопрос, который вертелся у многих на языке: а не подкуп ли это ради роста лояльности судейского корпуса к органам власти? На что Олег Зателепин заметил, что судебная система «продолжит развиваться в сторону справедливости», читай - без «телефонного права». Его бы устами...
Когда же выступавшему предложили огласить средний размер пожизненного содержания судьи, Олег Зателепин оказался не готов. Спасая его, представитель президента России в Госдуме Гарри Минх, по сути, адресовал тот же вопрос самим депутатам: «Вы, извините меня за бестактность, денежное содержание получаете тоже не как учителя и врачи. Давайте отрабатывать свой хлеб честно».
В итоге документ был принят подавляющим большинством голосов - 387 при одном мнении против.
Лаврентий Павлов.