Звонки в три часа ночи, письма с угрозами, взломанные аккаунты в соцсетях, посылки с неприятным или угрожающим содержимым — все это сталкинг, или преследование.
По опросам социологов, с этим сталкивались 35% россиян. На днях в Госдуму внесен законопроект, который должен оградить человека от притязаний сталкера.
По данным МВД, статистика угроз и слежки за частной жизнью людей растет примерно на 10-12% в год, особенно это касается крупных городов.
От сталкера не застрахован никто. Недоброжелателем может стать обиженный коллега, отвергнутый воздыхатель, уволенный сотрудник, да просто маньяк с подвижной психикой. Жертвы сталкинга описывают примерно одинаковые переживания: постоянное ощущение слежки, страх за себя и близких, бессонница, наконец, настоящая паранойя.
В Волгограде поклонник годами (!) добивался благосклонности девушки - то слежкой, то угрозами, даже применением силы. Правоохранители заявление от потерпевшей не принимали: это дело не публичного, а частного обвинения - идите в суд!
Пару лет назад похожая история произошла с 28-летней екатеринбурженкой. В течение месяца она получала анонимные угрозы в Telegram. Потом кто-то поджег дверь ее квартиры, не на шутку перепугав домочадцев. Полиция так и не увидела в этом состава преступления: ну угрозы, ну обивка пострадала - на уголовку не тянет.
Жительница Санкт-Петербурга рассказала депутатам, авторам законопроекта, как на нее сначала обрушилась лавина сообщений по телефону и в соцсетях, потом взлом аккаунтов, звонки родным, засады у дома и шантаж. Все это, чтобы заставить встретиться. Ловить маньяка никто не собирался.
По данным Следственного комитета, в 2025 году зарегистрировано свыше 5 тысяч жалоб на преследование. Лишь 20% кое-как дошли до суда. И наказание для подсудимых было чисто символическим.
Новый законопроект вводит четкие определения, которых раньше в нашей юриспруденции не было.
Сталкинг — это умышленная слежка в местах повседневной жизни жертвы: у дома, работы, на прогулке. Это систематические звонки и сообщения, нежелательные подарки, использование персональных данных для заказов товаров или услуг на имя жертвы…
Сегодня суд может запретить приближаться к человеку только в крайних случаях, например при угрозах насилием. Но чаще сталкинг квалифицируют как административное правонарушение, для которых таких инструментов нет. Несколько лет назад суд Казани обязал мужчину прекратить преследование женщины, не запретив при этом к ней приближаться. В следующий раз сталкер ждал жертву уже с ножом в руках.
Разработчики закона предлагают ввести в УК статью о навязчивом преследовании. Штраф - до 30 тысяч рублей. Главное же новшество — это судебный охранный ордер. Полиция должна проверить жалобу и при наличии доказательств передать дело в суд, а тот запретит сталкеру приближаться к объекту ближе 50 метров, а также звонить, писать, использовать личные данные. В случае неисполнения - до двух лет лишения свободы.
Как показывает мировая практика, такие охранные ордера способны уберечь от тяжких последствий не только самих жертв, но и преступников. Так же считает и член президентского Совета по развитию гражданского общества и правам человека, журналистка Ева Меркачева.
- Число таких преступлений растет, потому что люди не понимают границ личного пространства - физического и цифрового, - говорит она.
Безнаказанность только провоцирует эскалацию. Из 300 изученных случаев сталкинга, приводит пример Меркачева, 60% переросли в тяжкие преступления.
Нина Белова
Фото: FREEPIK.COM