Общественные и социальные новости
1154

Когда заклинит «пыточный конвейер»?

Когда заклинит «пыточный конвейер»?

Есть темы, на которые неприятно, но необходимо говорить. Пытки в тюрьмах - одна из таких.

Широкого общественного резонанса тема эта, как правило, не вызывает. Немногие способны сочувствовать находящимся за решеткой преступникам: сидят, значит, есть за что. 20% россиян, по данным социологов, вообще считают пытки в тюрьмах допустимыми. 11% не против истязания осужденных только в исключительных случаях, а 9% - по отношению к тем, кто совершил тяжкое насильственное преступление.

Сотрудникам системы исполнения наказаний не с ангелами приходится иметь дело, но вскрывшиеся в последнее время многочисленные доказательства пыток и издевательств над сидельцами шокировали даже далеких от тюремных проблем обывателей. Что же это за каста людей, которые безнаказанно творят беспредел в своем отдельно взятом исправительном учреждении и решают, у кого отнять деньги, кого избить, кого изнасиловать, а кого забить до смерти? Судя по всему, В.В. Путин решил остановить этот «пыточный конвейер».

ЗВЕРСКИЕ МЕТОДЫ «ПЕРЕВОСПИТАНИЯ»

Издевательства над заключенными в учреждениях Федеральной службы исполнения наказаний (ФСИН) - сюжет для нашей истории не новый.

В стране еще со времен ГУЛАГа умели не самыми гуманными методами объяснять осужденным, как себя вести и кому подчиняться в местах не столь отдаленных, но в современной России тюремщики под предлогом «наведения порядка» в колониях придумывают такие изощренные способы психологического и физического давления на зэков, что волосы дыбом встают.

Совершенствуются, так сказать, в пытках и весьма преуспели в этом деле: если захотят подавить волю зэка, вынудить его признаться в том, чего тот не совершал, или заставить платить дань за беспроблемное пребывание на нарах, добьются своего. Могут сами продемонстрировать пыточные навыки или призвать на помощь тюремный «актив» и руками приближенных к начальству зэков расправиться с несговорчивыми сидельцами. Тут все средства идут в ход: дубинки, веники и швабры, обмотанные скотчем, которые обещают засунуть в задний проход, а то и без прелюдий переходят к сексуальному насилию; оголенные электрические провода, которые крепят к мочкам ушей, запястьям, пояснице или к гениталиям и пускают по ним ток; макание головой в фекалии; шланги, которые вставляют в задний проход и пускают по ним воду, пока у зэка внутренности на разорвет; киянки, которыми лупят по спине; резиновые шланги, которыми хлещут по голым пяткам…

После такого быстро станешь шелковым, будешь умолять простить за то, что не хотел отдавать личные вещи во время обыска, и признаешься не только в том, что спал и видел, как бы дезорганизовать работу исправительного учреждения, но и в убийстве Кеннеди.

Жаловаться на жестокое к себе отношение зэк может… если, конечно, умудрится донести информацию до родственников или адвокатов. Но даже если такое и удастся провернуть, это, скорее, приведет не к разбирательству со стороны прокуратуры или Следственного комитета, призванных расследовать факты пыток и издевательств над заключенными, а к еще большим гонениям жалобщика со стороны «актива» и тюремщиков. Им выносить сор из избы смысла нет, поэтому обычно «малявы на волю» с просьбой защитить от «мусорского беспредела» не покидают стен исправительных учреждений. А если и покидают…

В октябре 2018 года в Омск с проверкой по жалобам заключенных приезжали представители Генпрокуратуры - статьи в СМИ, свидетельства адвокатов и родственников осужденных о пытках в местных колониях не позволяли игнорировать ситуацию. Но комиссия из Москвы особо не усердствовала. По словам омской правозащитницы Ирины Зайцевой, прокуроры большую часть командировки провели в казачьей станице, где ходили на охоту с борзыми и отдыхали. Тогда омские фсиновцы увернулись от наказания. Пытки продолжились.

- Прокуратура не реагирует должным образом на пытки в колониях. Люди, которые должны следить за соблюдением закона, его цинично нарушают при попустительстве надзирающих органов, - в ноябре 2021 года заявила сенатор Людмила Нарусова.

- Когда в каком-нибудь Гуантанамо или Абу-Грейбе беспредел происходит, какие-то пытки, Россия громко возмущается. А когда у них под носом проводится инквизиция, они молчат, - удивляется бывший заключенный ИК-7 (особого режима) в Омске Руслан Сулейманов.

ДЕЛО БУДЕТ ШИТО-КРЫТО

Сегодня учреждения ФСИН и СИЗО по большей части закрытые. Попасть туда - порой дело непростое даже для адвокатов. В свое время сделать более открытыми места лишения свободы пытались с помощью камер служебного видеонаблюдения.

Потратив миллионы бюджетных рублей, камеры действительно установили чуть ли не во всех коридорах и кабинетах подразделений ведомства, но толку от них оказалось немного. Доступ-то к записям остался у сотрудников ФСИН. Под предлогом технических неисправностей они выключают средства видеофиксации и опять могут творить что хотят. Даже если камеры будут работать во время жесткого «перевоспитания» осужденных, у фсиновцев есть возможность перемонтировать компрометирующее видео и вырезать из него моменты издевательств, пыток и убийств.

- Каждый сотрудник системы исполнения наказаний, как и полицейский, знает о существовании статьи 21 Конституции: «…Никто не должен подвергаться пыткам, насилию, другому жестокому или унижающему человеческое достоинство обращению или наказанию…» Но они также понимают, что пытать можно, главное, чтобы не оставалось следов. И если для правоохранительных органов пытка - это способ получения признательных показаний, то в местах лишения свободы мотивы могут быть разными - от индивидуальной склонности к садизму до выполнения задания по «искоренению криминальных традиций», - говорит адвокат Вера Гончарова.

ОЖИДАНИЕ И РЕАЛЬНОСТЬ

После обнародованных видеозаписей с издевательствами в ярославской колонии №1, туберкулезной больнице ФСИН в Саратове, в кировской колонии №6, в колониях Краснодарского и Красноярского краев, на Камчатке, в Забайкалье, Белгородской, Оренбургской, Иркутской, Владимирской, Ульяновской, Калужской, Омской и других областях не замечать масштабов репрессий в отношении осужденных стало уже невозможно.

В Саратовской области после публикации видео уволили 18 сотрудников регионального управления ФСИН, а в ноябре 2021 года Владимир Путин устроил показательную порку, уволив главу ФСИН Александра Калашникова. На днях глава Мин­юста Константин Чуйченко, в чьем ведении находится ФСИН, признал, что резонансные случаи пыток в колониях являются проявлением «огромнейшей профессиональной деформации и с этим надо что-то делать», и даже озвучил президенту ряд мер, которые помогут службе исполнения наказаний не наказывать, а воспитывать заключенных.

После обнародования пыток в учреждениях ФСИН депутаты-коммунисты предложили провести парламентское расследование по вскрывшимся фактам, однако «Единая Россия» почему-то не поддержала инициативу. Зато 20 декабря 2021 года в Госдуму был внесен законопроект, предлагающий повысить с 7 до 12 лет максимальный срок наказания для представителей власти за пытки, примененные для запугивания или принуждения к даче показаний. Само это преступление перейдет в разряд особо тяжких. Законодатели также предлагают вывести пытки в отдельную статью и дать им определение, так сказать, назвать вещи своими именами. Президент поручил внести изменения в закон до 1 июля.

Издевательства и истязания в российских тюрьмах с одобрения сотрудников ФСИН или при их прямом участии - проблема системная, и решать ее тоже нужно системно. Десятки лет переломить ситуация не удавалось. Получится ли теперь? Даже представить трудно, что должно произойти, чтобы «пыточный конвейер» заклинило. И главный вопрос тут: хочет ли сама система меняться или ее в общем и целом все утраивает? Пока складывается впечатление, что принимаемые властями решения - полумеры и популизм, а настоящей реформы ФСИН никто особо не жаждет.

Подготовила

Елена Хакимова.

Фото: Pixabay.com

Подпишитесь и следите за новостями удобным для Вас способом.