Сегодня 23 июля 2017 г., воскресенье, 08:11USD 58.93 -0.1498EUR 68.66 0.6586
Статьи газеты «Мир новостей»

На нефтяной игле

16 мая 2013
hits 919
На нефтяной игле

Жители Ханты-Мансийского и Ямало-Ненецкого автономных округов, где добывают “черное” и “голубое золото”, уже давно сжились с приезжими, нефтяниками и газовиками, и теперь существуют в симбиозе, который именуется национальными поселками, где, правда, можно встретить представителей всех национальностей. Поселок Аган, где побывал наш корреспондент, - это Вавилонская башня в миниатюре. И все потому, что в свое время после геологов, которые ехали за туманом и за запахом тайги, люди поехали за длинным рублем, а потом “подсели” на нефть и газ и так здесь и остались.

ПОД ФЛАГОМ ЖЕЛТОГО ДОМА

В Агане, как в Нью-Йорке, улицы сходятся под прямым углом. Четыреста жителей. Дорога, которую проложили десять лет назад. Деревянные дома, школа, баня, прод- и промтоварный магазины. И выкрашенное в ярко-желтый цвет здание сельской администрации, которую все так и называют – Желтый дом. А еще улица красных фонарей, центральная. Теперь по центральной улице зимой люди стесняются ходить даже по делам. Блага цивилизации тоже есть - телецентр, две антенны которого - РТР и Первый канал. Возле бани ловит мобильный. В школе, в кабинете директора, есть Интернет, правда, директор компьютерно неграмотен.

В поселке дикая конкуренция за покупателей, потому что на 400 жителей - 5 магазинов. Магазин “Русь” принадлежит чеченцу Салману. Магазин “Теремок” - молдованину Валере. Столовую держат двоюродные братья-лезгины Расул и Расул Магомедовы. В каждом магазине ты можешь открыть личный счет: записаться в книжицу, которая есть под каждым прилавком, и брать все в долг - до зарплаты. Кредитуют почти всех. Так называемые бичи – беспробудные пьяницы - несут во время запоев из магазинов ящики выпивки, а потом - за долги - тащат из домов стиральные машинки и все, что еще осталось непропитым. Способ “выбивания” долгов один: прийти в день получения зарплаты или пособия с черной книжицей и караулить должников, чтобы они не успели пропить денежки в другом магазине.

Пожарная служба находится практически на берегу реки, но однажды приехала на пожар, забыв набрать воды. Зато исправно выезжает на все срабатывания дымовой сигнализации, которая начинает выть, если, например, жарить в кухне семечки. За “ложный” вызов пожарные конфискуют часть семечек или угощаются обедом.

Единственное, что всегда делается исправно, - расчищаются дороги зимой, так как зима здесь девять месяцев в году. Снега выпадает много, и убранные на края дороги снежные глыбы замуровывали выходы из дворов. Пришлось коммунальщикам расчищать еще и подход к каждому дому. Зато перед спортивным комплексом каждый год формируют огромную гору для катания, а перед Домом культуры к Новому году вырезают снежные фигуры.

МОДЕЛЬ ООН

В этом поселке, который управляется из Желтого дома, можно спрятаться от всего. В зимней тишине, стоя на одном краю поселка, можно слышать, что говорят на другом. Сидя в комнате, можно точно сказать, куда поехала машина, выехавшая из соседнего двора. Никаких новостей, кроме новостей местного масштаба - у бабы Тони увели мужа или, того хуже, бабу Тоню увели у мужа, - никаких газет, телевизора, радио - ничего не нужно. Сплетня рождается из двух нечаянно брошенных слов и разрастается в межнациональный скандал, какой не снился Кофи Аннану в самых черных снах. А все потому, что национальный поселок Аган - многонациональный, хотя слово “национальный” говорит о том, что в поселке живет коренное население - ханты и манси. Кроме ханты и манси здесь живут еще русские, чеченцы, молдаване, украинцы, гагаузы, дагестанцы, белорусы, таджики, казахи, татары, киргизы, ненцы, марийцы и т.д.

Такое содружество характерно для многих поселков округа. Ехавшие за длинным рублем оседали, перевозили сюда семьи, потом начинали зазывать родственников, друзей и умудрялись создавать целые кланы, которые “оккупировали” какую-нибудь организацию или просто держались сообща: строили по очереди всем дома, потом гаражи, потом бани и т.д.

Национальные меньшинства - те самые ханты и манси - переезжали в поселок со своих угодий, после того как продавали или сдавали в аренду свои угодья нефтяникам. Постоянный источник дохода, для которого не надо прилагать никаких усилий, заставлял людей, привыкших к постоянной тяжелой работе, расслабиться. Они уже не видели смысла заниматься своими оленьими стадами или охотой, перебирались в комфортабельный дом, посылали детей в школу, а на угодья ездили так, изредка, отдохнуть, как на дачу.

Именно эта масса свободного времени и приводит к тому, что люди начинают пить. Запойное пьянство - самое обычное явление в таких поселках. Сходить некуда, деньги есть, собутыльники всегда найдутся, зашел в магазин и загулял... на месяц. Человеческий облик теряется через две недели (вместе с весом, зубами, волосами, которые теряются в драках), а через три - уже пьют заваренный кипятком наструганный сухой дезодорант. Все жидкое выпивается на вторую неделю.

Пьют не только ханты и манси. Они только быстрее спиваются. Пить начинают все. Даже привыкшие к домашнему вину молдаване и гагаузы быстро “подсаживаются” на водку. Даже непьющие мусульмане начинают выпивать. За нефть и газ, которые дают работу и материальное благополучие в принципе.

НЕФТЕГАЗОВЫЕ ДЕНЬГИ

Нефтяные качалки, которые все чаще появляются на экранах телевизоров, - привычные детали пейзажа. Так же как газовые факелы. Люди, которые, в буквальном смысле слова, живут на природных богатствах, привыкают их не замечать. “ЛУКойл” и “Газпром” - не громкие названия огромных корпораций, а место работы. Причем места эти называются “кээсками” и “кустами”. Куст номер такой-то означает несколько вагончиков, рядом с трубопроводом, в которых по приборам следят за тем, чтобы все было в порядке, и исправляют технические неисправности.

По сравнению с Большой землей здесь получают большие деньги. Здесь есть льготы - оплачиваемые отпуска для всех членов семьи, дорогие подарки детям на Новый год, именные стипендии студентам-отличникам, возможность купить жилье на “большухе”. Националам нефтяники дают еще больше - безбедную жизнь, возможность обзаводиться новой техникой - снегоходами, лодочными моторами, возможность вызвать вертолет в случае необходимости, поступление детей в вузы вне конкурса и многое другое. Очень мало ханты и манси живут на угодьях, занимаются разведением оленей, охотой и рыбалкой. Легкие деньги очень быстро развращают сознание и заставляют забыть голос предков.

Округ выделяет огромные средства на приведение в порядок жилья, на строительство новых школ и детских садов, на изучение родного языка и культуры. В Агане 7 лет назад построили новую школу-интернат, где живут дети с угодий. В прошлом году сдали новый детский сад. Уже несколько лет в поселке перестраиваются старые и строятся новые дома, озеленяются улицы. В школе изучают родной язык, а в поселке работает единственный в России национальный музей-театр - дело рук одного человека, Феклы Семеновны. Первыми экспонатами музея стали вещи ее предков. Потом музей разросся, и теперь небольшой дом едва вмещает огромную экспозицию.

СИБИРСКАЯ САНТА-БАРБАРА

В поселке, где зимой бывает до минус 50, в любое время года кипят страсти, которые могли бы стать находкой для сценариста. Темперамент северян при этом ничуть не уступает темпераменту приезжих южан. Утопить жену в речке на глазах отдыхающих на пляже - было. Поджечь дом тещи, с тещей, женой и детьми внутри – тоже было. Палить из ружья средь бела дня в качестве аргумента в споре - и это не новость.

Маленький поселок, как закрытая консервная банка, которую все время взбалтывают. Прибавьте к этому вечную нехватку мужчин, наличие огнестрельного оружия почти в каждом доме, неимоверное количество алкоголя - и гремучий коктейль готов. Здесь есть свои роковые женщины и красавцы-мужчины, чьи похождения сразу становятся достоянием общественности, которая наблюдает за всем практически из окон.

Вот, например, недавно в поселке появилось новое развлечение. Рядом с поселком (по сибирским меркам, рядом – в тридцати километрах) открыли новый “куст”. Теперь каждый вечер в столовой собираются желающие посмотреть “шоу”: как Расул будет бить кого-нибудь из подвыпивших газовиков, которые приезжают в поселок за продуктами и иногда заходят поесть. Собираются чуть ли не днем и начинают гадать, приедет ли кто-нибудь сегодня или нет. А если кто-то приехал, то делают ставки, будет ли драка. А Расул, уже в боевой тельняшке и штанах под белым халатом, только и ждет возможности придраться к какому-нибудь слову.

Приезжие южане заставляют северных девушек терять головы, хотя у многих на Большой земле семья, которую они и не собираются бросать. Но бывает и так, что через какое-то время они разводятся и тогда женятся здесь. У приезжих девушек в этом плане перспективы не такие радужные, так как мужчин все равно всегда не хватает. Кто-то делит одного мужчину, кто-то из-за невозможности устроить личную жизнь бросает работу с хорошей зарплатой и возвращается домой.

ЗАКОНЫ СЕВЕРА

Законы Севера просты, их немного, и они пока еще действуют. В Агане практически не запирают дверей. Здесь можно уйти в лес, подперев дверь палочкой, и быть уверенным, что все в порядке. Можно оставить на улице открытую машину, и она никуда не денется.

Здесь всегда остановятся и помогут на дороге, потому что и ты можешь оказаться в трудной ситуации в минус сорок или в метель, когда машину заметает на ходу.

Но чем дороже становится баррель нефти, тем больше людей устремляется на заработки, и дома уже начинают закрывать, потому что становится много чужих. Хотя не исключено, что через несколько лет и эти чужие станут своими, невзирая на национальность. Сын грузина и украинки, которые познакомились, поженились и живут в районном центре Нижневартовске, называет себя северянином.

Татьяна Романенко


Просмотров: 919
Поделиться

Полезная информация

Загрузка...
Следующая новость В Мышкине живут мышканутые


Загрузка...
Комментарии (0)

Добавить комментарий

Содержание комментариев на опубликованные материалы является мнением лиц, их написавших, и может не совпадать с мнением редакции. MIRNOV.RU не несет ответственности за содержание комментариев и оставляет за собой право удаления любого комментария без объяснения причин.