Сегодня 28 июля 2017 г., пятница, 10:04USD 59.41 -0.5000EUR 69.64 -0.041
Статьи газеты «Мир новостей»

Тульский Маресьев

16 мая 2013
hits 837
Тульский Маресьев

Война многих сделала героями. Некоторых легендами. А есть среди ветеранов и такие, чьи имена не только высечены в граните, но и вписаны в Книгу рекордов Гиннесса. Такой участник Великой Отечественной - герой России Иван Антонович Леонов - живет в Туле. Он единственный в мире летчик-ас, который бил фашистов, управляя самолетом одной рукой.

БЕСПЕЧНЫЙ ЕЗДОК

Больше всего в квартире легендарного летчика поразило обилие икон. Глядя на них, я вдруг вспомнила аргумент советских атеистов. Мол, наши летчики в небе были, а Бога не видели. Леонов в Бога верит. Слушая о его судьбе, не удивляешься почему.

Усадив нас на кухне, Иван Антонович лихо строгает колбасу, наливает чай, режет хлеб. Все одной правой. Однако, глядя на него, никогда и не скажешь, что левой руки нет, нет левого плеча и лопатки. Движения уверенны и бодры. Вот и тают в воздухе вопросы, которые мучили по дороге в Тулу. Как с одной рукой ему удалось все это: водить самолет, обуздать мотоцикл, играть на баяне, побеждая в конкурсах, убирать на комбайне рекордные 30-40 га пшеницы за смену, овладеть всеми видами авто, включая “Икарус”...

- “Икарус” я однажды угнал, - смеется 87-летний Леонов. - Как-то после войны надо было везти бригаду самодеятельности в Брянск, а водитель не смог. Я сел за руль. Когда на месте назначения увидели, кто артистов привез, за голову схватились.

Рассказывает Леонов так артистично, что забываешь о возрасте. Может, потому беседу начали с конца - с послевоенной мирной жизни. А тогда, в 1945-м, прошедшему войну Леонову было 22. Нет ничего удивительного в лихом мотоциклисте. И когда он мчится по трассе мотокросса, обгоняя других. И когда пришпоривает “железного коня”, так что он “встает на дыбы”. Ничего удивительного, если не знать, что вместо одной руки и жизненно важного куска тела у него - протез.

- Как удалось стать призером области по мотокроссу-то? - я все пытаюсь выпытать, уплетая фирменный кроваво-красный борщ.

- Это, - говорит Леонов, - не подвиг. У меня был трофейный мотоцикл, и я на нем здорово гонял. Мог на скорости отпустить руль, встать на подножках и ехать стоя. Подвиг - это было получить разрешение на управление мотоциклом у чиновников. Для этого после войны я пошел к начальнику ГАИ СССР генерал-майору Анохину. Показал ему выписку из личного дела, где было сказано, что с одной рукой я совершил 60 боевых вылетов. И он мне не смог отказать. Так и написал в резолюции: “Разрешить как исключение”. А ездить... В этом премудрости нет. Я поменял местами ручной тормоз (он на нормальном мотоцикле справа на руле) и сцепление (оно слева). Два тросика, которые ведут к этим ручкам, меняются местами за пять минут. Вот и все. Получается, ты управляешь правой рукой и ручкой газа, и сцепление - надо приспособиться к этому, конечно. А чтобы затормозить передним колесом, я перебрасывал руку на левую сторону руля.

Леонов уверяет, что на мотоцикле может проехать хоть сейчас. Но 87 лет - не шутка, поэтому на практике ветеран ограничивается вождением обычной “Волги”. Что, согласитесь, в такие годы тоже очень неплохо.

ТУЛЬСКИЙ МАРЕСЬЕВ

- Эту морду я не забуду, наверное, никогда... - задумывается Иван Антонович. - Как я увидел его тогда в небе, так и снится мне до сих пор. Я просто кожей чувствовал, как он ненавидит меня...

...Так Леонов навсегда запомнил немца, фашистского летчика, который, подбив его в середине войны на Курской дуге, сделал калекой. Но и легендой.

О легендарном летчике Маресьеве, потерявшем обе ноги, выжившем и летавшим без них, знают все. Ивана Леонова называют тульским Маресьевым. Без левой руки самолетом смог управлять лишь он один. Один в мире. Как это случилось, стоит рассказать.

- Перед сражением на Курской дуге я летал над линией войск, - вспоминает Иван Антонович. - На моем последнем самолете ЛаГГ-5 был установлен американский фотоаппарат для площадной съемки. Техника была просто волшебная. На моем фото, снятом с высоты трех тысяч метров, был виден даже спичечный коробок! Из каждого полета я, 19-летний парень, привозил, представляете, сверхсекретные сведения! Но в тот день случилось непредвиденное.

Во время полета-съемки, который Леонов проводил с командиром и другом Иваном Шестаком, Леонов заметил два немецких “фоккера”, которые шли метров триста ниже.

- Иван горячий парень был. Говорит: “Ну что, атакнем?” А я что, струсил? Говорю: “Давай!” И мы пошли в атаку, - вспоминает Иван Антонович. - Я сбиваю один, Шестак промазал. А мой сбитый, хотя загорелся, продолжает лупить по Шестаку. И я прикрыл его своим корпусом, спасал жизнь командира.

В воздухе завязался бой. Леонов сбил еще одного противника, но тут на подмогу немцам пришла еще пара “фоккеров”.

- Они взяли меня в клещи. И стали покачивать крыльями - таков был условный знак: зовут лететь за ними в Орел, на немецкий аэродром “Стальной конь”. Но не было предателей среди сталинских соколов! Ни один врагу не сдался! Чтобы вырваться, я сделал “бочку”, выровнял самолет. И сразу замлела рука. Смотрю: сочится кровь, и весь я в крови. А дальше начал самолет гореть. И вот суметь выжить и выпрыгнуть с парашютом в такой ситуации - это и есть героизм. Я отстегнулся, сдвинул фонарь кабины, резко подал штурвал от себя. И меня выбросило по принципу катапульты как пробку - это же 600 км в час. А немцы как увидели, что я на парашюте, стали стрелять. Один фашист обнаглел и решил мне стропы обрезать. Наши тоже так делали. Когда стропы натянуты, достаточно консолью крыла по ним - вжик. И они обрываются, как ниточки. Но немец не рассчитал метра полтора. Смотрю: вроде наши серые шинели бегут ко мне, а там пруд от старой мельницы. Я приземлился прямо в эту трясину. Смотрю, а рядом тонет подбитый мною Ганс! И - пальба, крики, “катюши” бьют! Это наши с одной стороны болота, а немцы с другой - каждый своего отбивает. Потом мне рассказывали, что даже Рокоссовский звонил. Спрашивал, в чем дело. Сказали, спасаем летчика...

Болото спасло и погубило. С одной стороны, вода смягчила удар. С другой - из-за грязной воды началась гангрена. Из-за нее руку ампутировали сначала по локоть, потом по плечо, потом отняли и лопатку. На медицинском языке это называется - пережить две реампутации. От шеи до ребер тела у 19-летнего пацана не стало...

Однако прямо из госпиталя Леонов отправился к командующему 1-й Воздушной армией легендарному Михаилу Громову: “Пустите летать!” И тот не смог отказать. Понял, что без руки летчик жить может, а без неба нет. Так с помощью собственного изобретения - дюралевого протеза на левое плечо, который, достаточно небольшого движения, и перемещал рычаг управления газом на необходимую величину, - Леонов летал до конца войны.

ЛЕТЧИК-ФЕНИКС

За несломленный в любых обстоятельствах дух Бог часто делал Леонову свои особенные подарки. Чего только стоит то, что он два раза считался погибшим, но выжил.

- В первый раз это случилось, когда я получил свой первый орден Красного Знамени, - рассказывает Иван Антонович. - Это было в апреле 1942 года, когда я на самолете ЛаГГ-3 сбил свой первый “юнкерс” над Москвой.

- Москва 1942 года - это сплошные аэростаты, - вспоминает Иван Антонович. - Если за один трос не зацепил, то за другой обязательно зацепится самолет противника. Дежурили зенитки на крышах, окна все были заклеены крест-накрест. Паники не было. Ходили трамваи. Бомбежек было мало, наши летчики уже взяли небо под контроль. Летал я тогда на ЛаГГ-3, а он чем хорош? Это единственный истребитель, который мог достигать высоты 6-7 тысяч метров, тогда как обычно 3 тысячи - это предел. Мы действовали против немецких разведчиков и бомбардировщиков. “Юнкерс” я сбивать не собирался. У меня зазвенело в моторе, и механики поменяли нагнетатель. Но я решил совершить пробный полет. Солнце только собирается всходить, было лето. Я взлетел, набрал высоту 5 тысяч метров, уже надел кислородную маску. И тут с земли приказывают: справа под ракурсом две четверти “юнкерс”, атаковать и сбить. Это легко сказать - у “юнкерса” спереди и сзади крупнокалиберный пулемет, попробуй сбей его. Я высоты подобрал еще, вошел в пике и поднырнул ему под пузо. Дал всего одну очередь, он свалился на правое крыло. Думаю, не попал, хотел уже делать повторную атаку. Но смотрю: дымит, выбросился один парашютист, второй - и это на глазах Москвы всей. Я сел, командир эскадрильи Матиахов, участник войны в Испании, поцеловал меня и на куртке своей кожаной что-то крутит... - вспоминает Леонов.

Это “что-то” и было орденом Красного Знамени. С этой наградой Леонов прошел всю войну. Доставляя печать на передовую, перевозя раненых, совершая воздушные рейсы в тыл врага к партизанам, сбрасывая мешки с продовольствием и ящики с боеприпасами в осажденный Кенигсберг.

Однако наступил день, когда Леонов попал под обстрел фашистских автоматчиков. Пока его возвращали к жизни в госпитале, в полку решили, что он погиб. И выписка из Указа Президиума Верховного Совета СССР о присвоении Леонову звания Героя Советского Союза так и не нашла своего адресата.

Однако тогда же, в 43-м, судьба компенсировала летчику Леонову промахнувшуюся награду гораздо большим подарком. Кто знает, тот поймет. Ему, потерявшему много крови, требовалось экстренное переливание. На это пошла молоденькая сестра из медсанбата Нина. Она и стала Леонову женой, с которой он прожил 62 года и уже после войны воспитал семерых детей. Двоих - своих и пятерых приемных.

- После войны я работал в системе “Трудовых резервов”, - рассказывает ветеран. - Был директором трех детских домов, в которых воспитывались дети погибших героев. Получалось так, что кого-то так или иначе приходилось брать домой. Возьмем, а потом жена уже не может от сердца оторвать, так и получалось, что усыновляли...

Делал Господь и еще подарки.

Это мистика, но однажды во время войны “усыновили” и самого Леонова. В одном из госпиталей, где он лежал, увидев его, медсестра упала в обморок. Позвали ее мужа - знаменитого столичного профессора. Чуть так же не потеряв сознание, он объяснил, что Леонов оказался фотографически похож на их недавно погибшего сына. Они отходили раненого летчика, стали его назваными родителями, и он долго жил у них в Москве.

А еще... Промахнувшаяся награда все равно нашла своего героя. Спустя полвека, в 1995 году, президент России Борис Ельцин подписал указ о присвоении Ивану Антоновичу Леонову звания Героя России.

...Пока же мы беседовали, я замечала, что нет-нет да и бросал легендарный летчик случайные взгляды на икону. И... как будто протягивал к нему руку со сложенными тремя перстами Христос. И я подумала, что, когда однажды в заключительный раз поднимется в небо последний сталинский сокол, Бог так же, с протянутой рукой будет ждать его. Но не для крестного знамения. А для рукопожатия - одной-единственной руки...

Марина Алексеева








СПРАВКА “МН”

Герой Российской Федерации И.А. Леонов награжден тремя орденами Красного Знамени, орденом Отечественной войны I степени, медалями “За отвагу”, “За оборону Москвы”, “За взятие Кенигсберга” и многими другими. Экспозиции, посвященные подвигу Героя Российской Федерации И.А. Леонова, созданы в ряде музеев Тульской, Брянской, Курской областей, в музее Войск ПВО и музее Армавирского института летчиков. И.А. Леонов - член Союза писателей. А за уникальный подвиг и участие в боях на истребителях с одной рукой занесен в Книгу рекордов Гиннесса.
Просмотров: 837
Поделиться

Полезная информация

Загрузка...
Следующая новость Тот, кто не сломался


Загрузка...
Комментарии (0)

Добавить комментарий

Содержание комментариев на опубликованные материалы является мнением лиц, их написавших, и может не совпадать с мнением редакции. MIRNOV.RU не несет ответственности за содержание комментариев и оставляет за собой право удаления любого комментария без объяснения причин.