Сегодня 27 июля 2017 г., четверг, 01:51USD 59.91 0.0917EUR 69.68 -0.0189
Статьи газеты «Мир новостей»

Краденая внучка

16 мая 2013
hits 370
Краденая внучка

Недавний скандал Орбакайте с Байсаровым поднял на поверхность “детскую” тему. Оказалось, полстраны делит детей. Их крадут, прячут, ими шантажируют. А еще оказалось, законы их не защищают. Ни детей, ни матерей. Грешным делом подумалось: а может, и хорошо, что в беду попала публичная личность, иначе всего этого мы бы и не знали? Но всего мы не знаем и до сих пор. Ведь если у известной певицы есть связи, деньги и, в конце концов, влиятельная мама, другие воюют сами. За детей. Тихо, мучительно, долго, тщетно. В одиночку, в судах, врукопашную. Такая война досталась на долю Ксении Филимоновой. Два долгих года она штурмовала суды, органы опеки, милицию и дом за высоким забором. И все это - чтобы хоть одним глазком взглянуть на своего родного ребенка...

БАБУШКА, ПОЧЕМУ У ТЕБЯ ТАКИЕ БОЛЬШИЕ ЗУБЫ?

При взгляде на Ксению остается ощущение, что ее нет. Одни глаза. От такого, полного горечи, материнского взгляда просто прибивает к стене. Так смотрят только те, кто прошел войну. С нее она еще не вернулась.

- Когда-нибудь, когда все закончится, я опишу эту историю как детектив. С милицейскими погонями, сидением в засаде, драками... - горько шутит Ксения.

Только конца пока не видно.

Чем-то эта история напоминает сюжет “Красной Шапочки”. Послала мама дочку к бабушке, а она и не вернулась: их с бабушкой съел волк. А вот вам русская версия. Девочка не вернулась, потому что бабушка просто передумала отдавать ее маме. На три года бывшая свекровь Ксении просто закрылась с ребенком в доме за высоким забором в подмосковном поселке Трехгорка со злыми собаками.

Но обо всем по порядку.

- До трех лет я одна воспитывала свою дочь, - рассказывает мама Полины. - Слово “папа” она не знала, поскольку отец практически никак не участвовал в ее жизни. Зато интерес проявляла его мать, бабушка Полины, женщина одинокая, безбедная, с тяжелым характером и массой свободного времени. Однажды она взяла Полину на выходные и решила оставить себе. Насовсем. Два года я пыталась хотя бы увидеться с дочерью, но бабушка делала все, чтобы этого не произошло. Я даже юридически ничего не могла ей предъявить, поскольку официально ребенок законно находился на территории отца, никакие законы не нарушались...

Я ТАК ДАВНО НЕ ВИДЕЛА МАМУ...

Что чувствует женщина, у которой отняли ребенка, поймет любая мать. Это изощренная пытка, из-за которой пойдешь на все. Когда стало понятно, что слезы, уговоры, просьбы - пустое, Ксения начала бороться. Для начала обратилась в милицию. Там провели проверку и сообщили, что ребенок находится на даче и его оттуда можно забрать. Но... сколько раз бедная мать ни пыталась проникнуть в “неприступную крепость”, это так и не удалось. Даже с милицией. Войти на частную территорию без ордера стражи порядка так и не смогли. Тот же результат дали обращения в прокуратуру и органы опеки. В дом бабушка никого так и не пустила. Каждое утро Ксении с этих пор стало одинаковым: она ехала в Трехгорку. Один раз ей даже удалось увидеть через забор Полину. Ксения окликнула дочь, но та до мамы не добежала: из дома выскочила бабушка, схватила ребенка и опять закрылась в доме...

Тогда Ксения обратилась в суд. Один за другим потянулись бесконечные процессы. Один за другим - бесконечные, длинные, резиновые дни без ребенка.

“Полгода. Ровно полгода я хожу по судам, жду решений, собираю бумажки и справки, пишу заявления, доказываю, что я имею право быть матерью. Полгода закрытых дверей и длинных гудков. Полгода: “Ждите решения суда”. И полгода я ее не видела. Не слышала ее голоса. Я не знаю, где она и как сейчас выглядит. Все ли у нее хорошо. Я не была с ней в ее день рождения. Потому что ее просто спрятали. Зато я теперь хорошо знаю, как составлять заявления и иски. Но не отчаиваюсь. Я борюсь, борюсь, борюсь. Я собираю бумажки и доказательства. Обиваю пороги судов, ОВД, органов опеки. “И надо ждать, придите в понедельник, ждите ответа, подпишите-перепишите”. Но я не отчаиваюсь”, - в один из этих дней написала Ксения в своем дневнике.

САМЫЙ “ГУМАННЫЙ” СУД В МИРЕ

В противостоянии со свекровью Фемида жонглировала материнскими чувствами Ксении, как заправский циркач. То выступая на ее стороне, то вдруг поворачиваясь задом. Причем практически немотивированно.

Вкратце хроника взлетов и падений материнской надежды была такова. Сначала суд вынес решение о возвращении девочки матери. Однако судебные приставы так и не смогли вырвать ребенка из “нежных” объятий бабушки. Она им не открыла. Сама же пожилая женщина времени зря не теряла. Когда суд вынес решение, добилась его отмены и подала встречный иск об определении места жительства ребенка у себя.

- Все это время я не знала, ни где моя дочка находится, ни как она чувствует себя, - вспоминает Ксения, - бабушка перестала подходить к телефону и не отвечала на звонки. Медицинскую карту ребенка она забрала из поликлиники, а в суде мне сказали, что дочь два года не посещала врачей. Как ей живется с бабушкой - это вопрос отдельный. Свекровь - человек малообщительный, у нее мало контактов и много денег. Вероятно, она Полину по-своему любит, но я не считаю, что ребенка можно делать средством от одинокой старости.

В результате вроде бы все закончилось хорошо: 8 мая прошлого года Полину таки хоть и с дракой, но на основании судебного решения все-таки вернули матери. Но... Тут случился новый поворот. 10 сентября 2009 года судья Пресненского районного суда вдруг сменила милость на гнев и... вынесла решение о том, что Полина должна проживать со своим отцом! Какова была мотивация судьи при вынесении такого решения, измученная мать не понимает до сих пор.

ДОЧЬ ДОЛЖНА ЖИТЬ СО МНОЙ

- Решение было отменено после предоставления другой стороной больничного листа сомнительного происхождения, свидетельствовавшего о том, что ответчик был тяжело болен в момент вынесения решения,- говорит Ксения Филимонова. - Я подала кассационную жалобу, хотя на отмену данного решения у меня большой надежды нет ввиду его изначального противоречия здравому смыслу и одиннадцати заключениям трех органов опеки, которые настаивали на том, что дочь должна жить со мной!

ИТАК, РЕБЕНКА ПРИСУДИЛИ ОТЦУ

Хотя Ксения не алкоголичка, не наркоманка и даже не проститутка. У нее своя квартира, два высших образования и хорошая работа. Она психически здорова, социально адаптирована и не причиняла вреда ребенку. Этому всему в суде было противопоставлено лишь заключение психолога, которая, не видев ее ни разу, написала, что мать вредна для Полины. Ребенка присудили отцу, который никогда не занимался девочкой, не платил алиментов, не пришел ни на одно судебное заседание. Вопреки мнениям всех юристов. Вопреки здравому смыслу. Вопреки простой человеческой морали, правде, понятной не то что любому человеку, а даже животному: ребенку нужна мама, ему без нее плохо. Вопреки, наконец, истине, которая глаголит устами младенца, а в данном случае - самой Полины. Пока мы общаемся с Ксенией, она жмется к ней, целует в щеку, в руки, в волосы и на все вопросы отвечает только одно: “Я хочу быть с мамочкой”. А Ксения...

- Чтобы отобрать у меня Полину снова, меня придется сначала убить. По-другому я ее никому не отдам, - просто и спокойно говорит она. И смотрит на нас своими горячими глазами. Глазами, которые похожи на оружие. Потому что другого оружия у нее нет.

Марина Алексеева


Просмотров: 370
Поделиться

Полезная информация

Загрузка...
Следующая новость Застроенные заживо


Загрузка...
Комментарии (0)

Добавить комментарий

Содержание комментариев на опубликованные материалы является мнением лиц, их написавших, и может не совпадать с мнением редакции. MIRNOV.RU не несет ответственности за содержание комментариев и оставляет за собой право удаления любого комментария без объяснения причин.