Сегодня 26 марта 2017 г., воскресенье, 06:40USD 57.42 -0.0981EUR 61.86 -0.2323
Статьи газеты «Мир новостей»

Тайная любовь патриарха

16 мая 2013
hits 1040
Тайная любовь патриарха

На Западе Пимена называли “ручным патриархом”. “Походили бы они в моих башмаках”, - сокрушался он

Окончание, начало в №51(729)



До 1980 года Лидия каждую осень уезжала на отдых к родителям. Ежедневно в 10 вечера она и Пимен мысленно разговаривали друг с другом. Каждый день они посылали друг другу телеграммы, письма и открыточки. Пимен, часто даривший Лидии розы, и открытки старался выбирать с ее любимыми цветами: “Эти две розы пусть напоминают о тех, которые остались на столе и не хотели увядать”.

“Сейчас шесть с половиной часов вечера, и я тебя провожаю мысленно. Слышал только сейчас твой голос и... нахожусь под его впечатлением. Через полтора часа поезд унесет тебя к самому синему морю, в тепло и ласку дорогих, родных сердец. Я же тебя не увижу бесконечно долго!.. Буду с терпением и стойкостью дожидаться двух двоек следующего месяца. Если бы ты знала, как грустно, грустно. Я знаю... уверен, что ты чувствуешь...”

“Дорогая Солношулечка! Сегодня Вы еще в дороге, а я уже пишу в надежде порадовать Вас моей весточкой в день приезда. Вчера было очень грустно на душе. Представлял себе, как неумолимо застучали колеса и унесли дорогое существо в далекие края. Вслед за поездом понеслись и мои мысли и чувства, для которых не существует ни предела, ни расстояния...”

“Ты знаешь, как мне приятно бывает получить твое письмо. Это единственный источник тепла и радости! ...Я очень сожалею, что не могу быть участником вечерних бесед за чайным столом. А так хотелось бы, и такое было большое стремление. Видимо, такова уж судьба, и обстоятельства бывают сильнее нас...”

“Я чувствую себя как-то странно в связи с тем, что нарушился мой режим дня, и кажется необычным... по нескольку раз в день не звонить по известному телефону и не слышать тот голос, который является голосом радости и успокоения!”

“Дорогая Чудесулечка! Большое спасибо тебе за письмо с веточкой из трех листьев, с замечательными родными словами и мыслями! Я очень хочу, чтобы все было именно так и разлуки не было ни в жизни, ни в смерти!.. Жду с нетерпением возвращения. Всегда с любовью +М(итрополит) П(пимен)”.


А что Лида, спросит читатель, не угасли ли с годами ее чувства? Не угасли. Для Лиды, покоренной преданностью и возвышенностью чувств Пимена, он стал по-настоящему родным человеком.

Из письма Лидии Васильевны к родителям: “Родные мои, он Вас так любит, так часто вспоминает везде и всюду и все ждет в гости. День рождения, как и Новый год, встречали вместе очень хорошо. Дарили друг другу подарки... Роднулечка меня лелеет, как Вы просили, бережет, любит. Я знаю, что я счастлива, я это хорошо чувствую, и в то же время самой не верится, что все это происходит со мной, что так бывает наяву, что это не сон, а чудесная земная сказка, произошедшая по Вашим мольбам, мои родные. Любите его, как он любит меня и Вас!”

В 1971 году Пимен стал патриархом. Доля ему выпала незавидная. Что греха таить, он возглавил Русскую православную церковь потому, что в верхах его сочли наиболее лояльным. (Лидия Васильевна как-то обмолвилась: “Назначили его, а куда денешься?..”) Его награждали орденами, отправляли в зарубежные командировки, избирали депутатом Верховного Совета СССР и делегатом партийных съездов (ни на одном заседании он не присутствовал, ссылаясь на нездоровье). Но при этом вся его деятельность строго контролировалась Советом по делам религий. Он не имел права свободно посещать епархии и общаться с паствой. Даже лечиться или отдыхать ему дозволялось только в правительственных санаториях либо на патриаршей даче в Одессе. Как-то “светские” помощники Пимена устроили ему секретный круиз по Волге. В Ульяновске, где патриарх хотел посетить церковь, экскурсовод везти его туда отказался, объяснив, что по плану тот должен посетить Музей Ленина и другие памятные ленинские места. Пимен в знак протеста вернулся на теплоход.

В западной прессе его много критиковали, мол, проводит церковную политику, угодную советской власти, называли “ручным патриархом”. Пимен сокрушенно вздыхал: “Походили бы они хоть пару дней в моих башмаках...”

Своими проблемами, горестями и печалями он делился с Лидией Васильевной, та успокаивала и утешала его как могла.

Об их отношениях - шила в мешке не утаишь - конечно же знали и келейники патриарха, и присматривавшие за Пименом кагэбэшники. Все они понимали, какое место в жизни Пимена занимает эта женщина. Не зря ведь Олег Калугин, в ту пору полковник КГБ, желая исповедаться патриарху, просил походатайствовать об этом именно Лидию Васильевну.

В 1983 году здоровье Лидии Васильевны ухудшилось настолько, что дали ей инвалидность. Через год после снятия инвалидности она стала работать в Патриархии - числилась в софринских мастерских, а на деле по мере сил старалась помогать Пимену. Зная неплохо английский язык, участвовала в приеме иностранных делегаций, писала приветственные речи, немало сделала для возрождения московского Свято-Данилова монастыря, за что была награждена орденом Святого Владимира 3-й степени.

Временами по нескольку дней Лидия Васильевна гостила в патриаршей резиденции в Серебряном Бору или на даче в подмосковной Перловке, ездила с Пименом отдыхать в Одессу. Она всегда присутствовала на торжественных богослужениях и различных официальных мероприятиях Патриархии. Осенью 1985 года Пимен в сопровождении Лидии Васильевны уехал лечиться в Карловы Вары. Судьба подарила им последние счастливые дни...

По возвращении в Москву состояние Пимена резко ухудшилось: одолевала слабость, ноги отказывали и порой келейникам приходилось носить его на руках. По настоянию врачей он долго лечился в подмосковном санатории. В это время Лидия Васильевна похоронила в Сухуми отца.

Из письма Лидии Васильевны к архиерею Николаю от 27 февраля 1987 года: “Боже мой, как все-таки быстро ушли от всех нас радости того хорошего времени, оставив взамен много житейских проблем и трудностей. Вам тяжело, Владыка, я это знаю... боль, о которой нигде не сказано, мне кажется, я ощущаю ее всем своим существом, наверное, потому, что у самой душа ранимая. Я имею в виду не только кончину папы, а много личных разных неприятностей. Так что на всю оставшуюся жизнь мне хватит горя и печали...”

В октябре 1987 года у Пимена обнаружили рак, но от операции он категорически отказался. Лидия Васильевна с болью в сердце была вынуждена наблюдать со стороны, как угасает любимый человек. С какой нежностью и преданностью она ухаживала бы за ним дни и ночи, но, увы, на это у нее не было никаких прав. Ей оставалось только молиться.

3 мая 1990 года Пимен скончался. Похоронили его в крипте Успенского собора Троице-Сергиевой лавры.

Рассказывают, что сразу после похорон бывшая домоправительница вывезла из резиденции все вещи Пимена, в том числе и шкатулку с письмами Лидии Васильевны...

Из Патриархии Лидия Васильевна ушла. И вообще сильно сдала, старела буквально на глазах. Очень скоро перестали звонить многочисленные церковные знакомые, не так давно уверявшие ее в своей вечной дружбе. По-доброму к ней продолжали относиться митрополит Питирим, бывшие келейники Пимена да настоятельницы монастырей, куда она ездила на богомолье.

В 1994 году Лидия Васильевна перевезла в Москву маму из разоренного войной Сухуми. Через три года Варвара Алексеевна умерла, успев перед смертью пере числить свои скромные сбережения на восстановление храма Христа Спасителя. А в 1998 году Лидия Васильевна оказалась в онкологическом центре. От операции она, так же как и Пимен, отказалась. Тут же составила завещание: “Все, чем я владею на момент моей смерти, оставляю племяннице...” Племяннице Тамаре запретила рассказывать кому-либо о ее болезни и попросила: “Не отдавай меня в больницу. Хочу умереть дома, в окружении близких. Похороните меня рядом с мамой в Ракитках”.

Летом 1999 года в “Новых Известиях” появилась статья “Фаворитка из Чистого переулка”. В ней о домоправительнице Пимена говорилось следующее: “Надежда Николаевна появилась в Чистом переулке, где находилась рабочая резиденция московских патриархов, около 1985 года, когда у Пимена резко ухудшилось здоровье... Она, вероятно, ухаживала за больным человеком, а заодно решала свои вопросы и вопросы окружения, которое вокруг нее немедленно возникло. За влиятельность и близость к Пимену ее звали Надежда всея Руси и очень боялись... Многие из ныне действующих епископов привозили Надежде... магарыч за продвижение своих фаворитов в епископы. Говорят, стоило это пять тысяч брежневских рублей... Пимен скончался, отписав в завещании Надежде существенную часть своего имущества”.

Горько было читать эти строки Лидии Васильевне. Тот, кто рассказал журналисту о Надежде Дьяченко, открыл полуправду. А правда была в том, что ухаживали за патриархом его келейники и две монахини из Мукачевского монастыря - Зинаида и Ирина. Мифического “влияния” и “близости” вообще не существовало. В последние годы Пимен страдал рассеянным склерозом, что тщательно скрывалось его окружением. Патриарх порой даже не узнавал келейников, часто уходил в себя, сидел в одиночестве. В это время ловкачи, обделывавшие свои делишки, могли подсунуть ему на подпись любую бумагу...

Лидия Васильевна умерла 19 мая 2001 года в Белоруссии и там же была похоронена. Далеко от родного дома, от близких людей, которых никто не известил о ее смерти. Ее внезапный отъезд с малознакомыми монахинями, невозможность связаться с ней по телефону, как и ее скоропостижная смерть накануне возвращения в Москву, вызвали у родственников немало подозрений. Но что толку говорить о них сегодня?

Племянница Тамара нашла квартиру Лидии Васильевны разгромленной (видно было, что ее тщательно обыскали) и разграбленной. Исчезли старинные иконы, подаренные Пименом, огромный портрет митрополита Николая работы Александра Шилова, столовое серебро, драгоценности и одежда...

Целый год Тамаре названивали истеричные тетки: “Теперь все знают, что Лидия была сожительницей патриарха...” Некая шустрая журналистка требовала передать ей фотографии, на которых Лида якобы была снята в купальнике, а Пимен - в халате.

Не раз звонили с угрозами, с предложением выгодной сделки - этим был нужен архив “любовницы патриарха”. Известно, что Пимен доверял Лидии Васильевне многие церковные секреты, а она никогда никому ничего не рассказывала. Но, возможно, у кого-то закралась мысль: а не вела ли она дневники, не остались ли где-либо в тайнике какие- то записки или письма?

Остались. В тайнике, до которого, по счастью, так и не добрались чужие руки, хранилась самая ценная часть архива: письма ее крестного отца и Алексия, нынешнего патриарха, с которым Лидия Васильевна была дружна почти полвека. Отдельно, в небольшом портфеле, лежали пожелтевшие от времени письма Пимена и короткая записочка Лидии Васильевны: “Он будет меня ждать там, где все встречаются. Он ждет. А сколько ему еще осталось ждать?..”

Таисия Белоусова


Просмотров: 1040
Поделиться
Следующая новость Тайная любовь патриарха


Загрузка...
Комментарии (0)

Добавить комментарий

Содержание комментариев на опубликованные материалы является мнением лиц, их написавших, и может не совпадать с мнением редакции. MIRNOV.RU не несет ответственности за содержание комментариев и оставляет за собой право удаления любого комментария без объяснения причин.