Сегодня 25 марта 2017 г., суббота, 10:58USD 57.42 -0.0981EUR 61.86 -0.2323
Статьи газеты «Мир новостей»

Три года в аду

16 мая 2013
hits 600
Три года в аду

17 августа жители небольшого хакасского поселка Черемушки будут вспоминать своих близких, погибших три года назад во время аварии на Саяно-Шушенской ГЭС. Корреспонденты «Мира новостей» пообщались со свидетелями тех страшных событий.

Говорят, мужчины не плачут. Неправда. Рассказывая о событиях трехлетней давности, Александр Подкопаев и Николай Жолоб с трудом сдерживают слезы. В августе 2009-го Александр Анатольевич оказался в эпицентре аварии на СШ ГЭС и чудом выжил. У Николая Жолоба катастрофа отняла единственного сына. Для этих мужчин трагедия на Саяно-Шушенской станции - не ЧП, признанное крупнейшим в истории российской гидроэлектроэнергетики, а боль, у которой нет и не будет срока давности.

«СЧИТАЕТЕ, ДЕЛО ДОЙДЕТ ДО СУДА?»

«Российские политики и журналисты уже не вспоминают об аварии на СШ ГЭС, - тяжело вздыхает отец погибшего сотрудника Саяно-Шушенской ГЭС Николай Жолоб. - Они даже июльское заключение Ростехнадзора не заметили. О том, что в стране функционирует 50 тысяч потенциально опасных объектов и самая тревожная ситуация сложилась в гидротехнике - более 6 тысяч сооружений нуждаются в капитальном ремонте, около 300 эксплуатируются свыше ста лет. Мы не понимаем, что катимся в пропасть? В Черемушках в 2009-м погибли 75 человек, в Крымске месяц назад люди похоронили более 170. Кто объяснит, что происходит? Как легко и быстро наша страна все забывает. Даже жуткие, тяжелые вещи. Я это понял минувшей зимой, когда было закрыто дело об аварии на СШ ГЭС. Оно было возбуждено по части 2 статьи 143 УК РФ «Нарушение правил охраны труда, повлекшее по неосторожности смерть человека» против нескольких топ-менеджеров станции. Но в декабре 2011 года в Уголовный кодекс РФ неожиданно были внесены изменения, в соответствии с которыми статью 143 отнесли к числу преступлений небольшой тяжести. Такие имеют срок давности - два года. Вот в начале 2012-го дело и закрыли. Народ в Хакасии встал на дыбы. Люди митинговали, кричали, баррикады строить собирались. Подняли на уши Генпрокуратуру России. Дело было перед выборами, и шумели мы основательно, поэтому директору филиала ОАО «РусГидро» - «Саяно-Шушенская ГЭС» - Николаю Неволько, главному инженеру станции Андрею Митрофанову, его заместителям Евгению Шерварли и Геннадию Никитенко, работникам службы мониторинга оборудования Саяно-Шушенской ГЭС Александру Матвиенко, Владимиру Белобородову и Александру Клюкачу были предъявлены обвинения по новой статье - 216 часть 3 УК РФ «Нарушение правил безопасности при ведении работ, повлекшее смерть более двух лиц и причинение крупного ущерба». Только уверенности в том, что они когда-либо действительно будут наказаны, у жителей Хакасии нет. Никто из обвиняемых не отстранен от работы. Спокойно ходят на службу, смотрят людям в глаза. Каждый из них имеет адвоката, некоторые - двух адвокатов, услуги которых оплачивает «РусГидро». А это большие деньги. Например, чтение одного тома уголовного дела стоит около 5 тысяч рублей. В деле - 1202 тома. Считайте.
подпись


Вот вы у меня спрашиваете: как мы живем эти три года? Как в аду. Похоронили близких. Оплакиваем сыновей. Ревем, воем, кричим. И видим, как люди с деньгами уходят от ответственности. Пишем в разные инстанции, добиваемся встречи с президентом РФ, но пока ничего не получается. Со страхом ждем, когда следователи закроют очередное дело. До суда оно, похоже, не дойдет.

В этом году жители Черемушек, поминающие своих родных - сотрудников станции, не стали обращаться к властям. А раньше били челом и просили их помочь в организации траурных мероприятий. Приходилось уговаривать, смотреть на перекошенные лица чиновников. На сей раз мы на всех плюнули - сами соберемся и проведем день памяти в узком кругу. Никому погибшие, кроме близких, не нужны».

ЖИЗНЬ ЗА ЖИЗНЬ

В августе 2009 года слесарь по ремонту гидротурбинного оборудования СШ ГЭС Александр Подкопаев провел в ледяной воде более 17 часов...

«Рабочий день бригады начался на 315-й отметке машинного зала, - вспоминает Александр Анатольевич. - Мужики остались ждать допуска на работу, а я поднялся за инструментом на 320-ю отметку - в мастерскую участка. В этот день мне предстояло спуститься на самое дно - на 305-ю отметку. Уже взял то, за чем пришел, но вдруг послышался странный хлопок. Я подошел к двери, но не смог ее открыть. Ничего не успел сообразить, как вода выдавила дверь и мощным потоком хлынула в помещение. Одновременно погас свет.

Меня затянуло в воронку. Вода быстро поднималась к потолку. Спасла зажигалка. Осветил короб вентиляции размером 120 на 120 миллиметров, подплыл и ухватился за него. Если бы не короб, не продержался бы. Сначала я находился в воздушной подушке высотой примерно метр. Потом ее стало выдавливать, а под конец вода уже в рот попадала.

В начале десятого утра семеро смельчаков вручную опустили затворы на гребне плотины, и вода в мастерской, где я находился, схлынула примерно на два с половиной метра, но продолжала удерживать высоту до трех метров над уровнем пола.

На скользком от масла коробе вентиляции долго не провисишь. Я прыгнул вниз, подплыл к деревянному щиту, вскарабкался на него как на плот и у самой стены мертвой хваткой вцепился в светильник. Вода опять поднялась.

Время мчалось быстро. Вода ледяная, роба промерзла. Думал: «Все...» Молился: «Господи, помоги!» О внуке вспомнил. Дочь Света накануне объявила, что беременна, а я внука давно хотел. Внучки-то у меня уже есть. И тут - верьте или не верьте, мистика какая-то - я услышал детский голос: «Деда, живи!» И я понял, что выберусь. Стал кричать. Ближе к ночи меня услышал строительный слесарь Раис Гафиуллин и позвал спасателей. Те долго решали, как поступить: нет ни карт, ни схем расположения помещений.

С 327-й отметки вниз идет комната для артезианских насосов. Мужики пробили в ней стенку и вышли в кабельную галерею, у которой есть общая стена с мастерской. Кувалдой долбят и орут: «Здесь?» Кричу им: «Далеко!» Они - ближе. Наконец остановились в полутора метрах от меня, рушат стену и просят: «Санек, держись!» Упали кирпичи, образовался маленький проем, и несколько человек протянули мне руки...

В тот день восемь человек были на выходе. Все, кроме меня, погибли. Да и я дорого заплатил за свое спасение: внук, рождения которого я так ждал, умер. Жизнь, получается, за жизнь... Если бы вы знали, как это больно. Третий год снится одно и то же: сижу в воде под потолком, лед подбирается к самому сердцу... Просыпаюсь среди ночи в холодном поту и не могу уснуть до утра».

Материалы подготовили Нина Богатырева (Хакасия), Анна Бессарабова
"Мир новостей"


Просмотров: 600
Поделиться


Загрузка...
Комментарии (0)

Добавить комментарий

Содержание комментариев на опубликованные материалы является мнением лиц, их написавших, и может не совпадать с мнением редакции. MIRNOV.RU не несет ответственности за содержание комментариев и оставляет за собой право удаления любого комментария без объяснения причин.