Сегодня 28 марта 2017 г., вторник, 17:09USD 56.93 -0.0869EUR 61.81 -0.1513
Статьи газеты «Мир новостей»

Секс-символ Октябрьской революции

16 мая 2013
hits 1041
Секс-символ Октябрьской революции

Александру Коллонтай по праву можно назвать секс-символом Октябрьской революции. Но мало кто задумывался над тем, что наша соотечественница стоит у истоков и не менее великой революции, случившейся затем на Западе, - сексуальной. Цивилизованный мир уже не мог корректировать свое дальнейшее развитие без учета русских революционных открытий в области морали и нравственности.

Она была удивительной женщиной. Даже при том, что социалистическая революция выдвинула целую плеяду неистовых служительниц нового мироуклада, Александра Коллонтай была на несколько голов выше прочих революционерок. Во всем: в женской привлекательности, в обилии любовных приключений, в невероятном везении, в уме и таланте, в истовости и безрассудстве, в хитрости и изворотливости наконец. Прожить ТАКУЮ жизнь и прожить СТОЛЬ ДОЛГО в условиях казарменного тоталитарного общества - это говорит о многом.

Коллонтай слыла самой строптивой революционеркой в окружении Ульянова-Ленина. Позволяла себе в упор не видеть его директив и установок, регулярно спорила с ним до хрипоты, до разрыва. А уж как дерзко вела себя в морально-этическом плане... Легенды гласят, что Шурочка переспала со всеми ленинскими соратниками. При этом Коллонтай поразительным образом всегда скрывала свои похождения со Сталиным. Словно предвидела, что со временем будет из него вождь. Это тем более удивительно, что из половых связей с другими большевиками она обычно секрета не делала. А еще Александра Михайловна никогда не подтрунивала над не самыми изысканными манерами Иосифа, над его косноязычием, хотя в кругу русских революционеров считалось определенным шиком поиронизировать над обидчивым и злопамятным грузином. Коллонтай ничего подобного себе не позволяла. Благодаря чему, судя по всему, и сумела избежать смерти в период тотальных репрессий тридцатых годов. А уж ее-то отправить на эшафот было раз плюнуть! Впрочем, мы сильно забежали вперед...

ПЕРВЫЕ ЖЕРТВЫ “СКАЗОЧНОЙ ФЕИ”

Родилась наша героиня в семье полковника Генерального штаба Михаила Домонтовича (ставшего впоследствии генералом). Рано перечитала всю доступную отроческому пониманию русскую литературу. В науках, особенно в языках, проявила недюжинные способности, хотя воспитание получила исключительно домашнее. Достаточно сказать, что экзамены на аттестат зрелости в петербургской мужской (!) гимназии девушка сдала на одни пятерки. (К слову, наша героиня владела английским, французским, испанским, немецким и всеми славянскими языками, могла на каждом из них читать и писать.)

К шестнадцати годам Александра Домонтович не только теоретически, но и практически познала, что может таинственным, не всегда даже для нее самой понятным образом воздействовать на мужчин. После одного весьма трагического случая вообще убедилась, что ей свыше дано просто сводить с ума представителей противоположного пола. Ее любимым партнером на бальных танцах был сын генерала Драгомирова Ванечка. Юноша по уши влюбился в “сказочную фею”, какой ему виделась Шура. А она на его притязания только отшучивалась. Но Ванечка настаивал на своей исключительной любви. И тогда коварная обольстительница предложила ему: а слабо тебе ради нашей любви уйти из этой постылой жизни? Оказалось, не слабо. Ваня пустил себе пулю в сердце...

Вскоре после этого жуткого происшествия Шурочка сошлась со своим троюродным братом Игорем Лотаревым. Обольстила, соблазнила, а потом откровенно поиздевалась над вспыхнувшими чувствами бедолаги. Родители лечили сына от психического расстройства: он находился в шаге от самоубийства.

Спустя многие годы Александра напишет Игорю умилительное, но очень коварное письмо: “Вы помните Шурочку Домонтович, Вашу троюродную сестру, подругу Зоечки, теперь “страшную Коллонтай”? Если Вам захочется вспомнить прежнее, Зоечку, детство, напишите мне: Норвегия, Христиания. Я здесь советник полномочного представительства РСФСР и пробуду, вероятно, всю зиму. Я люблю Ваше творчество, но мне бы ужасно хотелось показать Вам еще одну грань жизни - свет и тени тех неизмеримых высот, того бега в будущее, куда революция - эта великая мятежница - завлекла человечество. Именно Вы - поэт - не можете не полюбить ее властного, жуткого и все же величаво прекрасного, беспощадного, но мощного облика...”

Слава богу, на этот раз Игорь Северянин (а именно ему писаны столь проникновенные строки!) не поддался на революционное обольщение Коллонтай. Поскольку сочиняла она послание поэту в октябре 1922 года по прямой указке ВЧК-ОГПУ. Ей поставили задачу окоротить мятежного стихотворца, и она ее постаралась выполнить со всей присущей ей страстностью. У Коллонтай вообще была литературная слабость. Она очень много всякого понаписала. Среди самых известных ее опусов: “Женщина на переломе”, “Любовь пчел трудовых”, “Освободите крылатого Эроса”.

С Эросом у нее всегда были особые отношения. Замуж за Владимира Коллонтая Шурочка вышла вопреки родительскому запрету. И уехала за границу, где организовала “семью-коммуну”, куда вовлекла собственного мужа, его сослуживца Александра Саткевича и свою закадычную подругу Зою Шадурскую.
С наркомпоморде Павлом Дыбенко


НАРКОМПОМОРДЕ - ГЛАВНАЯ ЛЮБОВЬ

Как это ни досадно, однако дальнейшую биографию “самой загадочной женщины советской России” придется пробежать конспективно. Иначе нам не добраться до ее главной любви - матроса Павла Дыбенко. Коллонтай до революции металась по миру, словно летучий голландец, меняя при этом мужчин как перчатки. В Большой советской энциклопедии сказано, что она “принимала участие в с.-д. движении Англии, Германии, Дании, Франции, Бельгии, Швейцарии, Швеции, Норвегии, США”. И это тот редкий случай, когда БСЭ не соврала ни на йоту.

Когда Николай II отрекся от престола, Коллонтай находилась в Норвегии. Ей Ленин написал: возвращайтесь в Россию. Нужно переманить на сторону большевиков несговорчивых матросов Балтфлота. Александра Михайловна не только с блеском выполнила ленинское поручение, но и нашла для себя мужчину мечты - Павла Дыбенко, на семнадцать лет младше себя.

Как относились к этой эпатирующей любовной связи соратники? Терпели. В большинстве своем завидовали. Зиновьев люто ненавидел “распущенную шлюху”. А она в пику им всем провозглашала теорию “свободной любви” на манер “стакана воды”: выпито и забыто. Возмущенная Крупская пристыдила коллегу. На что Александра Михайловна заметила супруге вождя: “Ах, Наденька, тебе бы хоть раз оказаться под таким молодцем, как мой Паша, не то бы ты запела!” После этого женщины перестали дружить. Ильич Коллонтай лишь слегка пожурил. Он всегда симпатизировал этой огненной бабе.

Словно нитка за иголкой следовала Коллонтай за Павлом Дыбенко по фронтам Гражданской. В его штабном вагоне регулярно устраивала оргии. Солдаты метко прозвали передвижной командный пункт Дыбенко “коллонтаевкой”. Донеслось об этом безобразии до высшего революционного руководства. Любовников разлучили.

Кто-то упрекнет: какие же они любовники - супруги. Но стали они таковыми по крайней необходимости. В декабре 1917-го Ленин назначил Дыбенко наркомом по морским делам - наркомпоморде - потрясная аббревиатура новой власти! Когда немцы начали широкое наступление, Дыбенко направили на защиту Нарвы, которую он благополучно завалил. Драпая с войском, очухался лишь у Гатчины, где был с позором разоружен. Троцкий метал молнии. Ленин рвал на себе остатки волос. Виновника отстранили от командования, исключили из партии и кинули в чекистские подвалы. Но до показательного процесса над бывшим наркомпоморде дело не дошло. Коллонтай костьми легла, чтобы спасти любовника. Прорвалась к Ленину, который испытывал к ней поразительную симпатию. Вождь и подсказал любомудрый ход: зарегистрируйте отношения с Дыбенко и, как законная жена, возьмите его на поруки.

Но вот отгремела Гражданская война. Дыбенко поступил на учебу в РКК, Коллонтай занялась работой в женотделе ЦК и женской секции Коминтерна. И мирный быт оказался тем самым коварным рифом, о который разбилось хрупкое счастье революционной гетеры, пожелавшей вновь найти себя в семейной жизни. К этой многотрудной роли неистовая Александра оказалась совершенно неприспособленной. Павел меж тем завел себе молодую и красивую зазнобу.

“Этого не может быть! - записала она в свой дневник. - Никогда не поверю злостным слухам! Люди просто из зависти к моему счастью пытаются нас разлучить. Да и ни с кем другим он не получит того наслаждения, что дарю ему я. И не старуха я вовсе. В любви любую молодку за пояс заткну. Хотя, конечно, от своих лет никуда не денешься”.
1918 год. Коллонтай (слева за столом) среди детей в красноармейском клубе


ВМЕСТО ЭШАФОТА - КРЕМЛЕВСКАЯ СТЕНА

Вместе с разочарованием в последней яркой любви к Александре Михайловне приходило и постепенное отрезвление от всех революционных эйфорий.

Через год после смерти Ленина по настойчивому требованию Зиновьева Сталин вынужден был отправить Александру Михайловну торговым представителем в Норвегию, что означало почетную ссылку. От досады Коллонтай закрутила очередной роман с французским коммунистом Марселем Боди, который работал в советской миссии и был на двадцать с лишним лет ее младше. Молоденькие всегда были ее слабостью. Но неожиданно ее вызвали в Москву. Недовольный Сталин сказал:

- У меня нэт врэмэни вести с вами воспитатэльную работу. Но ви должны знать: не прекратитэ бля...ство - пеняйтэ на себя!

Коллонтай, разменявшая второй полтинник, почувствовала: это предупреждение более чем серьезно, и враз стала паинькой. Отношения с Боди перевела в глубочайшую конспирацию, в которой понимала толк. Вскоре, как полностью исправившуюся, ее назначили главой советской дипломатической миссии в Норвегии. Позже, первой из женщин, стала послом в Швеции. Пробыла на этом посту пятнадцать лет и сразу же после Второй мировой войны была отправлена в отставку. Этот период ее деятельности стал для режиссера Георгия Натансона поводом к постановке художественного фильма “Посол Советского Союза”. Но только поводом. Правда в картине и не ночевала.

А полная правда заключается в том, что Александра Михайловна Коллонтай, как это ни прискорбно и даже кощунственно для кого-то прозвучит, сытому образу жизни принесла в жертву все революционные идеалы, о которых с таким пафосом когда-то на весь мир распиналась. И не только идеалы. Когда узнавала об арестах своих бывших любовников, от страха даже не пикала. А они ей писали, надеялись на ее помощь. В 1937 году были расстреляны Шляпников и Саткевич, в 1938-м - Дыбенко. Тогда же Ежов подготовил так называемое дело о “дипломатах-изменниках”, в котором фамилия Коллонтай, вопреки алфавиту, стояла первой в списке.

Говорят, что Александре Михайловне шепнули о готовящемся деле. Якобы она пробилась на прием к Сталину и ползала у его ног с мольбами о пощаде. Как и многое в жизни Коллонтай, это событие останется в разряде легенд. Факт только, что Сталин лично вычеркнул из списков “дипломатов-врагов народа” ее фамилию. Почему? Исследователи разводят руками: сие тайна есть...

Умерла Коллонтай без пяти дней восьмидесятилетней старухой, удивительно олицетворив собой не только секс-символ русской революции, но и самое ее: в молодости - разнузданную, в старости - суперпуританскую, изнасилованную великим тираном. Сталин прислал личный венок. Прах Александры Михайловны замуровали в Кремлевскую стену.

Михаил Захарчук


Просмотров: 1041
Поделиться

Полезная информация

Загрузка...
Следующая новость Клара праведная


Загрузка...
Комментарии (0)

Добавить комментарий

Содержание комментариев на опубликованные материалы является мнением лиц, их написавших, и может не совпадать с мнением редакции. MIRNOV.RU не несет ответственности за содержание комментариев и оставляет за собой право удаления любого комментария без объяснения причин.